Я верчусь среди остатков стаи, используя то телекинез, то щиты, то молнию. В какой-то момент возвращаю себе ружьё, в нём ещё остаётся пара патронов, и оба заряда дроби находят себе цель.

А потом наступает тишина, и я понимаю, что всё. Твари закончились, а я всё ещё жив, и даже почти цел. Только по руке стекает тонкая струйка горячей крови.

Вокруг тут и там лежали тела тварей — огромные волки, демоническое заражение которых выдавал зеленоватый оттенок шерсти.

Я осмотрел машину. Кенгурятник слегка погнуло, боковое стекло треснуло, на крыше остались глубокие борозды от когтей. Лобовухе хана. Мда, далеко на ней сейчас не уедешь. Но машина всё ещё на ходу. И это всего лишь машина.

Оглянувшись, я увидел, что мы с тварями до деревни всего ничего не доехали. Ещё бы сотня метров — и мужики расстреляли бы тварей с частокола, как я и задумывал.

— Всё чисто! — крикнул я дозорным, помахав рукой.

С другой стороны, на картофельном поле, замерли жители деревни. Кто с вилами наперевес, кто с лопатами. У многих в руках ружья. Да уж, они точно не стали бы для стаи волков лёгкой добычей. Но учитывая способность демонических тварей к регенерации, отбиться деревенским было бы тоже непросто.

Поймал себя на странной мысли — а мне ведь понравилось! Отлично сбросил накопившееся за последние дни напряжение. Смерть отца и разборки с кредиторами ударили и по мне, но если всей семье можно, даже нужно было горевать, то мне… мне теперь это непозволительно.

ㅤ

Я уже собирался сесть в машину и попытаться выбраться самостоятельно, когда заметил бегущего с картофельного поля человека. По характерной военной выправке даже издалека узнал Тихона. Он бежал рысцой напрямик через вспаханную землю, оставляя за собой пыльный след.

— Еле… успел, — Тихон подбежал запыхавшийся, с налипшими комьями земли на сапогах, лоб покрылся испариной, а лицо раскраснелось. — Честно признаюсь, Ваше Сиятельство, я наблюдал за вашим сражением с демонами. И пускай вам ещё явно стоит потренироваться… тем не менее, в вас видно то, что было и в вашем деде. В вас определённо течёт истинная графская кровь, — он вдруг вытянулся по стойке смирно, несмотря на сбившееся дыхание. — Готов служить, Ваше Сиятельство!

— Вольно, вольно, — вздохнул я. — Что, прям всё так плохо с боем было? И ты меня ещё и тренировать сможешь?

— Я солдат, Ваше Сиятельство, — с достоинством ответил Тихон, наконец отдышавшись. — Далеко не самый плохой солдат. Мне действительно есть что вам показать, если вам будет интересно, конечно.

— Я не дурак, чтобы отказываться от помощи, — усмехнулся я. — С удовольствием её приму. А пока давай займёмся делами более житейскими. У вас есть кто-то, кто машины чинит?