Я привёз с собой несколько коробок с документами, оставшимися после отцу, но до сих пор в них ещё не заглядывал. Теперь же у меня просто не хватило бы времени всерьёз всё разобрать.

Однако нужная мне папка лежала прямо сверху. «Уральский графит» — и внутри были копии уставных документов, выписки из реестра акционеров и ещё масса документов разной степени полезности и актуальности. Я сфотографировал на телефон некоторые, решив, что для знакомства будет достаточно.

Подумав, я сфотографировал и старые газетные вырезки, про биржевую панику, папочку с которыми заботливый Альфред положил ко мне на стол.

Глянув на часы, я понял, что уже пора выезжать.

Во дворе я застал чудесную картину. Тот мужик, который разбирал старые ворота, что-то активно объяснял моей маме, которая его внимательно слушала, и даже кивала. Наверное, эскиз новых ворот обсуждали. Вечером спрошу — решил я. Не стали меня по мелочам дёргать — и на том спасибо.

Я сел в пикап и направился в город.

ㅤ

По дороге мне пришло ещё несколько сообщений от Шурки.

В первом она рассказывала, что в телефоне есть игры, она даже попробовала поиграть в игру, где жёлтый шарик постоянно всё ест и надо им управлять. Буквально через пять минут решила сделать паузу и попить чаю, но оказалось, что прошло два часа. И теперь ей очень стыдно, ведь телефон нужен для учёбы, и больше она никогда ни в какие игры играть не будет.

А во втором она делилась тем, сколько всего полезного для артефакторов уже смогла найти и даже попробовала применить некоторые новые знания.

«Очень сильно за тебя рад», — заверил я девушку ответным сообщением.

На подъезде к кафе неприятно кольнула чуйка. Если это очередное покушение на меня, то я уже и не знаю, что делать. Смеяться, наверное. Однако, доехал я без приключений.

Внутри «Золотая чашка» оказалась вполне прилично обставленным заведением с изрядным количеством гостей. На первом этаже сидело порядка двадцати человек. Но встречу Екатерина назначила на втором этаже, и я поднялся наверх. Там и правда оказалось свободно — всего пара столиков было занято. Так что я легко понял, кто из сидящих там — Катя. Найти её не составило труда — она была единственной девушкой, что сидела одна.

— Екатерина Владимировна? — спросил я, подойдя к её столику.

Девушка подняла голову.

— А вы?

— Я граф Каменский.

— Очень приятно, — девушка легко кивнула и показала на стул напротив. — Прошу, присаживайтесь.

Одета она была обычно — в лёгкий летний брючный костюм. Молодая, примерно моего возраста. Красивая и явно ухоженная. Сидела очень прямо, держала осанку, что сразу бросалось в глаза. На столике — пустой стакан и клатч.