Генерал-фельдмаршал Петр Семенович Салтыков собирался отобедать и принять лекарства. В переходе Салтыков, как и многие русские солдаты, простудился, ничего серьезного, но головная боль, насморк и ломота в теле не позволяли работать с полной самоотдачей.

— Ваше превосходительство, срочное донесение, — сражу же, как только вышел генерал-поручик Броун, вошел адъютант Салтыкова.

— Ну, чего ждешь, Алексашка?

— Простите! Высланные к Тильзиту казаки сообщили о приближении кирасиров и драгунов неприятеля, — доложил адъютант.

— Прикажите переправившимся войскам не выдвигаться вперед и изготовиться к отражению атаки. Сколько вообще неприятеля?

Салтыков забыл о головной боли и стал собранным и решительным.

— Предполагается до десяти тысяч, — ответил адъютант.

Петр Семенович Салтыков нечто подобное и предполагал. По крайней мере, он так бы и поступил, обязательно пощипал неприятеля на переправе. Командующий русскими войсками знал, что Фридрих находится на границах западной части Силезии и Богемии. Прага оккупирована прусскими войсками, но король Пруссии то ли не решился идти на Вену из-за того, что дорогу к австрийской столице прикрыл корпус австрийца-фельдмаршала Броуна. Того самого племянника русского генерала. Помогает Броун еще один австрийский корпус фельдмаршала Дауна. Возможно, Фридрих посчитал нужным поспешить в австрийским Нидерландам и к Ганноверу. Что именно будут предпринимать французы, Салтыков не знал, но, наверняка, генералы Людовика XV уже должны действовать. А Фридрих будет противодействовать франкам.

Удар прусской кавалерии оказался существенным. Если бы не разведка, то пруссакам удалось скинуть русских в воды разбившегося Немана.

Русская дивизия, которая уже практически полностью переправилась через реку, приняла бой. Пруссакам не удалось опрокинуть русский авангард в реку, но и русские лишились более тысячи своих солдат, при двух тысячах раненных. Был в ходе боя и эпизод, когда отступающий русский полк попал под «дружественный огонь» артиллерии, которая стояла на противоположном берегу.

Неприятным открытием для Салтыкова стало то, что прусские кавалеристы имели многозарядные пистоли, по примеру тех, что уже использовали русские во время турецкой компании.

Ранее было принято решение, что использовать в войне с пруссаками револьверы, опрометчиво. Пруссия имеет высокую культуру оружейного производства и прусские ремесленники быстро смогут повторить русское оружие. Потому, кавалерийские части императорской армии должны были получить револьверы на последнем этапе войны, или в случае существенных сложностей при ведении военной компании.