— Здесь ждите, — сказал я Соне, а затем направился к выходу. У меня было твердое намерение сначала серьёзно поговорить с профессором. Не про этого мужика, конечно, а про своё состояние. И про деньги, конечно.

— Подожди! — крикнул мне в спину Макс, когда я уже поднимался по лестнице. Я обождал, пока он добежит до меня.

— Я ж говорил, вверх идти надо, — произнёс я, немного злорадствуя.

Поднявшись на самый верх, нужную дверь мы отыскали быстро. Я на всякий пожарный стукнул кулаком разок и вошёл.

Профессор стоял к нам спиной. Услышав шаги, он странно дëрнулся и обернулся с улыбкой, но как-то натянуто, фальшиво. Мне он не нравился. Хоть он и пытался излучать дружелюбие, всё равно казался скользким, как эта слизь в ванне.

— А, ребята, здравствуйте. Но сегодня не получится, — развел он руками. — Нужно оборудование перенастроить, а без Ремизова я, к сожалению, никак.

— Мы не за этим пришли, — произнёс я.

— А… зачем же? — поинтересовался Альберт Германович, не переставая улыбаться.

— Нам обещали деньги, — ответил с нажимом. Потому что, если будешь вести себя, как лох, с тебя и будут делать лоха. И я хотел сразу показать, что просто так меня использоваться не получится.

— Да-да, — закивал профессор, — но Дмитрий так и не появлялся. Знаете, — нахмурился он, — я волнуюсь, вдруг что-то случилось. Но как только он явится, я уверен, вас ждёт щедрое вознаграждение.

— Альберт Германович, деньги мне нужны сейчас. Или… — я никак не мог придумать действенной угрозы, и повисла пауза. — Или я напишу жалобу в Роскомнадзор, — сурово выпалил я.

Чёрт! Ну, какой, нафиг, Роскомнадзор⁈ Не мог чего-нибудь более соответствующего придумать? Минздрав какой-нибудь или психдиспансер, ну, кто там за частными клиниками надзирает? Вот и выставил себя идиотом.

— Вы мне угрожаете? — не прекращая улыбаться, спросил профессор. — Вы? Мне?

Каминский подошёл к столу, я не видел, что он там делает, услышал лишь звук выдвигающегося ящика. Кажется, он что-то вытащил оттуда, по крайней мере, в руке он точно что-то сжимал.

— Я не угрожаю, — ответил я. — Просто работа должна быть оплачена. И мне пофигу, кем.

— Да-да, — как попугайчик закивал Каминский, — работа. У меня для вас есть работа. Вы мне чуть-чуть поможете, а я дам вам денег, — и снова эта неприятная улыбка, похожая на посмертную маску, застыла на его лице. — Ребята, вынесете мусор?

— Я вам не уборщик, — гордо заявил ему.

— Пять тысяч, — произнёс профессор. — Каждому.

Возле ванн валялось несколько мусорных мешков. В принципе, вдвоем мы их за один подход могли вынести. И будь я один, без вопросов согласился бы, но при рыжем мне было как-то стрëмно за такие поручения браться. У него-то в отличие от меня проблем с финансами нет.