Иван попытался дëрнуть ногой, но Каминский уже вонзил иглу и теперь медленно вводил взвесь серы в масле в мышцу. Пока ещё не прошло действие кетамина, боли не было. И жертва профессора едва ли ощутила укол. Веселье начнется лишь спустя шесть часов. А пока Альберту Германовичу предстояло избавиться еще и от двух утопленников в ваннах, ведь они погрузились без надувного круга. А значит, ничто не удерживало их головы на поверхности.
Утро началось неудачно. Мать весьма бесцеремонным образом растолкала меня. А ведь я надеялся сегодня выспаться, раз уж выходило так, что не спал я трое суток. Или же наоборот, спал и сны видел. По правде, я не ощущал себя так, будто бы бодрствовал несколько дней. Ни усталости, ни сонливости не имелось, но я решил, что раз уж технически не спал, а пребывал в виртуальности, то просто обязан выспаться.
— Там тебя спрашивают, давай быстрее, — в очередной раз толкнула меня мама.
Здоровье 82%
Совсем не порадовало меня это дурацкое сообщение. Поймаю Бота, обязательно вытребую у него объяснения.
Продрав глаза, я кое-как оделся и вышел из комнаты, на ходу натягивая джинсы, споткнулся об некстати вставшую у меня на пути табуретку.
И кого там чёрт принёс с утра пораньше? Неужели Макс изволил припереться? Неймëтся ему снова на опыты сдаться. Рыжему, кажется, игра всё-таки понравилась, несмотря на то, что мы-таки сдохли.
Но в коридоре меня ждал, к сожалению, не рыжий…
Двое в форме, один в штатском. А морды у всех одинаковые — кирпичом. Или кирпича просят? Ох, только, похоже, мне самому сейчас достанется…
У меня никогда ещё не было проблем с законом. Серьезных проблем, в смысле. Ну, по мелочи-то бывало, конечно. И пьяным меня задерживали. И, давно ещё, соседи за громкую музыку ментов вызывал. Но эти… Что ж, я догадывался, зачем они явились. И ничем хорошим мне это точно не светило.
Воздух в квартире вдруг стал густым, как кисель, и с трудом пролезал в легкие. Голова пошла кругом, мне захотелось, как в детстве, убежать и спрятаться под одеялом. Чтоб ни один монстр не достал. Но против мусоров одеяло, к сожалению, бессильно. Да и в детстве-то я тоже не особо верил, что оно поможет.
Тот, что в штатском достал ксиву и представился:
— Оперуполномоченный, капитан Полетаев. А ты, значит, Волков Евгений, — это был не вопрос, но я всё же кивнул.
В сунутом под нос удостоверении я успел увидеть лишь четыре буквы ФСКН. Собственно, этих букв было достаточно, чтоб мне обосраться на месте.
Потом мент вытащил ещё какую-то бумажку.
— Постановление о проведение досмотра помещения, — пробормотал опер.