Если вы из вольных городов и приехали торговать, то мы готовы, но зачем вам столько воинов.

- По-твоему, я торговец? - оскалился я. - Я рыцарь, дурья твоя башка, и я приплыл сюда просто от скуки, чтобы немного поохотиться на одичалых. Сомкнуть строй, вперёд!

После выкрикнутого мной приказа, рекруты выставили перед собой щиты, выставив вперёд копья, и медленно пошли вперёд. Шаг за шагом мы приближались к одичалым. Их вождь понял, что мы пришли их убивать, и издал громкий крик. Он выхватил свою секиру и громко закричал, после чего бросился на строй.

Клич своего вождя подхватили и мужчины племени. Неорганизованной толпой они побежали на строй копейщиков, женщины и старики выхватили луки и стали посылать в нас стрелы.

В моей руке тоже было копьё, я размахнулся бросил его через головы своих ребят. Оно вонзилось прямо в грудь одного из бегущих мужчин, пробив того насквозь.

Под громкий крик мои ребята сделали одновременный выпад, встречая бегущую толпу, насаживая тех на копья. Почти все копья нашли свою цель, вот только частенько это были щиты, в которых те застряли.

Удар был тяжелым, многие попадали, погребаемые тяжестью навалившихся на них тел. И тут в дело вступали рыцари. Мощные удары скидывали их с моих бойцов, после чего гвардейцы поднимали ребят на ноги. Строй рассыпался, начался хаос. Передо мной появился мужик с рыжей бородой, он попытался ударить меня копьём, которое я отбил щитом. Резкий подшаг вперёд, и удар мечом снёс ему голову.

В пяти метрах от меня вождь одичалых заколачивал своей секирой одного из моих новобранцев, но тот умело подставлял под удары свой щит, который уже начинал разваливаться. Пригнувшись, пропуская над головой вражеский удар, я полоснул по животу напрочь заросшего одичалого, у которого не заросшими остались лишь глаза. На землю посыпались его кишки. А я пошёл вперёд.

Очередной удар секиры встретил мой щит, а от удара мечом тот отпрыгнул.

- Ты! - закричал он.

После этого вождь одичалых бросился на меня в могучем прыжке, занося богатырский удар сверху. Я повернулся боком, смещая туловище, пропуская удар сбоку. Тот провалился вперёд, увлекаемый весом своего оружия, а мой меч полоснул вождя под коленом, перерезая сухожилия.

Очередной шаг у здоровяка не удался, и он рухнул на землю, выставив вперёд руки. Когда он попытался подняться, опираясь на секиру, я зашёл сзади и рубанул его по руке, отрубая конечность. Дико закричав, он схватился за свою культю, но второй удар отхватил вторую руку. После этого моя пятка впечаталась ему в нос, откидывая на спину.