«Он все объяснил про паспорта!» — мысленно спорю сама с собой.
Но объяснил ли? Или заблаговременно заготовил ответы? Аргументы, безусловно, железные. Конечно, цепочку зацепок проследить будет несложно, но и готовясь к побегу, я осознаю риск. Свобода стоит дорого, и я должна заплатить цену. Надеюсь лишь, что Аллаху, когда все получится, а не Вахаджу — в случае провала.
Понимая все риски, я должна быть осторожной и не поддаваться искушению верить. Рядом с северянином чувства слишком остро будоражат, эмоции обнажаются.
Я… я бы хотела еще раз испытать эту неведомую прежде и оттого странную, пьянящую эйфорию. Как тогда, когда открыла коробку и увидела… Сердце колотилось так сильно, а улыбка приклеилась к губам намертво. Я расплакалась. Неожиданно для себя смотрела на любимый закат и глотала слезы с улыбкой на губах. От того, насколько было приятно, от того, что отправила Андрею в ответ настоящую глупость, лишь бы не писал больше. А он…
Я была переполнена счастьем. Не смогла промолчать — и призналась ему в сообщении.
Чуть позже, перед приездом Вахаджа, я заранее спрятала торт и телефон в тот самый шкаф и старалась смотреть только на мужа. Лишь бы Вахадж не заметил, насколько сильно мое желание смотреть на другого.
Несколько недель я провожу в тишине, наслаждаясь компанией своих детей. Даже Анвар соскучился так сильно, что позабыл о своей колючести, что уж говорить о Хании, которая не отходит от меня ни на шаг. Мы много разговариваем, читаем детскую литературу вслух и гуляем по двору. Я слушаю об их успехах в школе, о том, насколько мой сын скучает по тренировкам, а Хания — по возможности хоть иногда выбираться в местный парк. Я скучаю по этому тоже.
Вахадж после больницы ни разу не прикасался к моему телу. Мне неинтересно, появился ли у него кто-то или он просто выполняет предписание доктора Девос. Главное — я временно свободна от его посягательств.
Сейчас я вытираю пыль на дверях и картинах в коридоре первого этажа. Вахадж с Эмиром в кабинете, дети на улице с Марам, а Зани хлопочет на кухне. Андрей… Мне не положено знать, где он.
Не положено.
Всё.
— Ты принимаешь противозачаточные, — звучит позади, и я подпрыгиваю.
Оборачиваюсь. Зеленые глаза смотрят пристально, я свои не опускаю.
— Ч-что? Это не так, — лгу, но мой голос тихий и глухой.
Ноль уверенности, сто процентов лжи. Я выдаю себя с головой.
— Хорошо, — кивает он. — Но там, где ты положила, им не место. Найди другое.
— Я не… вы… — я теряюсь.
Как такое возможно, что к нападкам Вахаджа я готова каждую секунду своей жизни, а слова Андрея выбивают почву из-под ног?