— Он пока весит три килограмма.
— Ключевое слово «пока».
Вечером я повезла щенка к Андрею. План был совершенно деловым: одна ночь в частном доме, утром Светлана продолжит искать семью. Я заранее объяснила это по телефону.
Андрей открыл дверь, увидел свёрток у меня на руках и закрыл глаза.
— Нет.
— Я ничего не сказала.
— У тебя на руках собака.
— Временно.
— Самое опасное слово в мире.
Бублик появился из комнаты, обнюхал щенка, сел и посмотрел на нас.
— Видишь? Он согласен.
— Он съел часть стены. Его мнение не считается.
Щенок проснулся, увидел Андрея и тихо пискнул.
Я протянула его.
— Подержи минуту, я сниму куртку.
— Полина.
— Минуту.
Андрей взял малыша так осторожно, что вся его суровость сразу потеряла смысл. Щенок устроился на его предплечье, уткнулся носом в грудь и через несколько секунд снова заснул.
Я сняла куртку медленно, наслаждаясь картиной.
— Даже не улыбайся, — предупредил Андрей.
— Я серьёзная.
— Ты сияешь.
— Освещение.
Через час щенок получил миску, старый плед Бублика и временное имя Уголёк. Через два часа Андрей купил через приложение маленький ошейник, потому что старый был велик. Утром он сообщил, что отдавать Уголька первому желающему нельзя и надо проверять семью.
Через неделю проверять уже было некого.
Уголёк остался.
— Это твоя вина, — сказал Андрей, заполняя форму на регистрацию собаки.
— Разумеется.
— Я жил спокойно.
— Ты жил с Бубликом.
— Относительно спокойно.
Бублик лежал рядом, Уголёк спал у него между лапами. Я смотрела на них и чувствовала такое тихое счастье, что даже спорить было лень.
Глава 11
Уголёк вошёл в нашу жизнь на три килограмма веса и сразу изменил расстановку сил. Бублик первые два дня ходил за щенком с выражением уставшего воспитателя. Если малыш лез к его миске, большой пёс молча отодвигался. Если Уголёк тянул за хвост, Бублик вставал и уходил. На третий день терпение закончилось: он коротко рыкнул, щенок сел на попу и минуту смотрел на старшего товарища потрясёнными глазами. После этого в доме появилась иерархия.
Андрей утверждал, что Уголёк остаётся у нас только до проверки потенциальной семьи. Я кивала. Потенциальная семья существовала где-то в будущем и должна была пройти собеседование строже, чем кандидат в совет директоров. Андрей изучал анкеты, спрашивал про график работы, опыт с животными, отношение к кастрации, отпуск. Одну пару он забраковал, потому что они планировали оставлять взрослую собаку одну на двенадцать часов. Вторую пару он забраковал после слов мужчины: «Если будет хулиганить, быстро объясним». На третий день я перестала искать анкеты.