Ринги были переполнены — по три-четыре боксирующие пары в каждом, как и между рингами. Ребята боксировали в шлемах и перчатках на завязках, на конском волосе.

Войдя в зал, вахтёр огляделся по сторонам и, встретившись с кем-то взглядом, поднял руку, а потом указал на меня. Получив такой же жестовый ответ, сказал:

— Иди вдоль рингов налево, там стол. За столом тот, кто тебе нужен.

Зал представлял собой скорее вытянутый прямоугольник, чем квадрат. По противоположной стороне, между мешками, были окна. На дальней стороне — большие зеркала, над которыми висел плакат с надписью: «Бокс — школа мужества!»

Я миновал ринги и, завидев в углу мужчину за столом лет 35–40, остановился. Он был высушен, как изюм, бледен, лыс и худощав, в чёрном костюме «Адидас» — почти таком же, какой я видел у Красова.

— Доброго дня, — поздоровался я. — Я Саша Медведев. Медведь по-вашему.

— Привет, привет, Медведь. Так вот как ты выглядишь. Я думал, ты больше, и говорят, что можешь без проблем шестерым навалять? — кончиками губ улыбнулся Григо.

— Врут. На самом деле — десятерым, и это только правой пяткой, — покачал я головой серьёзно, заодно проверяя может ли авторитет воспринимать бойцовский юмор.

— Чувство юмора — залог интеллекта, — тоже серьёзно проговорил он, — Так чем могу тебе помочь, Медведь — Саша Медведев?

— Говорят, ты город держишь? — начал я с козырей.

— Тоже врут, — кивнул Григо. — Я вон секцию веду, по боксу, и только. Нет желания с кем-нибудь поспарринговать легко?

— Слушай, у меня разговор к тебе. Много времени не отниму. А без борьбы я не дерусь и не спаррингуюсь.

— Ну что же, тогда чё стоишь? Присаживайся, — указал он мне на стул напротив.

И я сел.

— Ну, давай твой разговор, — посмотрел он на меня внимательно, сложив битые-перебитые пальцы в замок. Медики, по-моему, называют такой эффект на кистях грыжами. Они образуются, если неоднократно травмируется кисть — обычно от ударов по чему-нибудь твёрдому.

А молодые пацаны воспринимают такие кулаки за крутость — как и сломанный нос, как и «пельмени» на ушах.

— Смотри, я краем уха слышал, что ты, по моему вопросу, с казацкими нейтралитет держишь? — спросил я, хотя с такими людьми принято говорить «поинтересовался».

— Держу, — согласился Григо. — Потому как слышал, что ты вроде как спортсмен с понятиями, хоть и к ментам близкий.

— Есть такое, — кивнул я. — У меня с казацкими непонятка случилась. Они гоп-стопом занимались, и в бою попадали трое, против меня одного. А потом, когда нас приняли всех, я из доброты душевной их ментам не сдал. Хотя надо было, судя по развитию событий. Потому что после пришлось их пятерых уже бить, а далее штука одна случилась… Кто-то вопреки твоему запрету им помог — фотку с моей общаги с доски почёта тиснул. Я эту фотку у таксиста конечно же отнял, он то их группу на меня и наводил. И вот какая штука: фотку я на доску вернул, а сегодня её снова украли, прикинь?