— Привет, — бросил я и постучался в дверь еще раз.

— Слушай, я ночью видел, что ты у Армена гитару взял? — продолжил общаться со мной парень.

— Взял. Моя теперь, — выдохнул я, ещё раз постучав, дверь упорно не открывали, и, прислонив ухо к дверному полотну, я прислушался — вроде тишина.

— Короче, говорят, у тебя память отбило, я Саша, тоже Саша, кстати… — не унимался черноволосый.

— Саш, чё тебе надо, Саш? — спросил я, поворачиваясь к Саше.

— Вижу, тебе не до меня да, видно дело у тебя к Вове срочное, тренируетесь каратэ вместе? — спросил он.

— Каратэ? — не понял я.

— Ну, я слышал, что ты хорошо дерёшься, Вова тоже, и Вова на каратэ ходит. И сейчас там, у него летние тренировки два раза в день, меня звал, но я не про спорт. — начал рассказывать мне Саша.

«Что ж ты молчал⁈..» — мелькнуло у меня.

— Братух! Я очень хочу к Вове на каратэ! Знаешь, где у них зал? Он просто без меня ушёл сегодня! — начал я придумывать на ходу.

— Знаю, конечно, слушай, но я по другому поводу, — продолжил Саша.

И я понял, что пока он не скажет, по какому, не отстанет.

— Валяй, — выдохнул я, сжав кулаки, стараясь глубоко дышать и никак не выказать своей агрессии, тем более человек тут вообще не причём.

— Я в детской школе искусств имени Силина на барабанах играю, может, ВИО замутим? — выпалил Саша.

Вот это поворот, в группу меня после первого дня с гитарой еще не звали…

— Силин — это сильно, — выдохнул я. — Давай замутим, только я тренировками занят и только начинаю гитару осваивать, а по вечерам в цехе.

— Лето же, можно днём репетировать. — нашел лазейку в моих возражениях Саша.

— А у вас в Школе есть кто гитару сможет настроить? — спросил я помня звук Стёпиной гитары.

— Спрашиваешь! — широко улыбнулся Саша, — Настроят и играть научат!

— Отлично! Тогда скажи, где зал каратистов, я Вове сообщу, что я больше не каратист а теперь с тобой в ВИА, и с завтра начинаем играть. Идёт?

— Идёт, улица Победы, 18, второй вход в подвал! — на радостях сообщил Саша, на его лице виднелась широкая улыбка с кривыми, но белыми зубами, чем-то он мне напоминал бобра. А бобры, как известно — добры, лишь всякие козлы типа Вовы — злы!

— Замётано! — крикнул я и побежал на лестницу.

— Эй, я там всегда в коморке, что за актовым залом, скажи — к Саше Щелкину, и меня Отшельником зовут… — донеслось до меня, едва догнав мои уши, ведь летел я по ощущениям капец как быстро.

«Пофигу мне, как тебя зовут, пока я не познал все приёмы каратэ!» — бросил мой утопаемый в гормонах разум.

Однако я всё-таки заскочил в комнату и схватил сумку с прострелянной дзюдогой.