— Я рад, что ты оказался именно здесь, но мы пришли не за тобой. Указом градоправителя лавка иноземца должна быть изъята в пользу казны. Он просрочил выплату по аренде на три дня и причём уже не первый раз. Так что постой пока в сторонке, я сначала заберу его лавку, а затем мы с тобой поговорим, — он опустил голову, понизил голос и добавил. — Хорошенько поговорим.

Чёрт, а Саид не говорил, что дела идут настолько плохо. С другой стороны, к нему часто захаживали клиенты, причём не только из этой части деревни. Значит он скрывает от меня нечто большее, и «торговля идёт не лучшим образом» — всего лишь жалкая отмазка и ширма, за которой прячется что-то поужаснее.

— Эй, пацан, — кивнул я мальчонке. — Ты знаешь, куда Саид повёл своих гостей?

Он быстро закивал.

— К шлюхам, в бордель за улицей красильщиков.

Я вновь согласно кивнул.

— Тогда пулей туда, чтобы пятки за уши наматывались. Находишь его и, не рассказывая, что здесь произошло, тащишь обратно. Только смотри, чтобы гости его не прочухали, всё понял?

Парень что-то пробурчал, обошёл меня сбоку и побежал с такой скоростью, что за ним осталась чуть ли не выжженная взлётная полоса. Бык некоторое время смотрел на медленно оседающую пыль, а затем перевёл взгляд на меня и поинтересовался:

— Ты что, теперь в охранниках у иноземца ходишь? Где твоя имперская гордость, сопляк? Хотя кого я спрашиваю, ты ведь не чистокровный имперец, так… обосанная полукровка из царства. Выглядишь как мы, одежда, причёска как у нас, а вот глаза… голубые, лазурные глаза царства. Правильно мне отец говорил, гнать вас полукровок надо в горы, пускай яогуаи всех сожрут!

— Я вижу ты уже как минимум троих сам сожрал, что, мало было?

Чем дольше затяну время и не дам ему приступить к прямым обязанностям, тем выше шанс, что мальчонка успеет привести сюда Саида. Не знаю, какие здесь законы, но по-хорошему при факте изъятия недвижимости должен присутствовать и сам владелец. В противном случае это может расцениваться как обычное воровство.

С другой стороны, речь шла о законах двадцать первого века, а не загадочного средневековья в пустынной деревне с населением в несколько сотен тысяч человек. Однако не думаю, что этот факт может остановить Быка, особенно после того, как он снял с пояса сложенный трубочкой свиток и сломал имперскую печать.

— Ну давай, сопляк, — широко улыбнувшись, прошептал тот. — Дай мне повод, дай мне причину позвать стражу. Чёрт, да я даже позволю тебе меня ударить. Давай, вот сюда, целься прямиком в нос и бей. Я же вижу по глазам, что хочешь. Давай, давай, обещаю, что не стану сопротивляться.