— Рен! Рен! Наконец-то я тебя нашла!
— ЛиЛи? Чего ты здесь делаешь? Стоп, а как ты вообще меня нашла?
Она наклонилась, оперевшись ладонями о колени, и на мгновение перед глазами вспыхнула картина проведённой в амбаре ночи. Я мотнул головой, отбрасывая лишние мысли, и позволил ЛиЛи отдышаться.
— Тебе срочно нужно вернуться домой! — произнесла она, так и не ответив на мой вопрос.
— Домой? Что-то случилось с дедушкой?
Она посмотрела на меня так, словно мне пора обращаться за услугами могильщика, и, кивнув, заявила:
— Пришли люди, которых мы тогда встретили в переулке. Они требуют, чтобы он выплатил весь долг, или дом и землю отберут в пользу градоуправителя, и знаешь, — тон девушки внезапно изменился на тревожный. — Кажется, в этот раз они не шутят.
У лачуги, которую я называл своим домом, собрались уже знакомые мне рожи. Дедушку выволокли на улицу и бросили лицом в грязь. Бык, имперский сборщик по чину и самый что ни на есть упырь и ублюдок по натуре, стоял у стены моего дома и с улыбкой на лице грыз зелёное яблоко. За него всю работу делали двое его подручных — Биба и Боба. Настоящие имена уродов меня не интересовали, поэтому даже не стал их спрашивать.
— Вы чего тут устроили, скоты? — прокричал я во весь голос, переводя дыхание после долгой пробежки.
Из-за спины выглядывала ЛинЛин, физической подготовке которой мог бы позавидовать любой боец. Мы бежали без малого минут пятнадцать, и в то время, как я пытался размеренно пытался восстановить дыхание, она даже не вспотела.
Биба и Боба, как и положено двум дегенератам, у которых на двоих было по одному полушарию, отпустили одежду старика и вновь бросили его лицом в грязь. Дедушка, кряхтя, перевернулся на спину и, утирая с лица нечистоты, тяжело задышал. Я ощутил, как зачесались костяшки пальцев, а в груди проснулось чувство, которое не посещало меня уже несколько лет. Чувство неописуемой ярости.
— О, а вот и внучок прибежал, — смачно откусив кусок яблока, заявил Бык. — А вы чего оба встали? Сказано же, продолжайте!
Биба ехидно улыбнулся, потянул костлявые пальцы к старику, как, почувствовав на себе мой взгляд, внезапно остановился. ЛинЛин, словно любопытный ребёнок, положив ладони мне на плечи, выглядывала из-за спины и ждала, чем закончится вся эта заварушка.
— Тронешь его пальцем, я сломаю тебе их в нескольких местах, а потом и твоему дружку, так что оба упали на колени перед стариком, извинились и пшли вон, псы!
Бык ухмыльнулся.
— А ты, смотрю, борзый, ещё будешь приказывать имперскому чиновнику? Мы, между прочим, здесь по делам империи и казначейства деревни! Твой дед должен градоправителю двести тридцать цен, и мы пришли взыскать долг.