— Как твое имя? — спросил голос, и эхо продолжило гулять между стен. Князья безмолвствовали, молчаливо наблюдая за происходящим.

— Андрей Бельский, — спокойно ответил я.

— По какому праву ты здесь находишься?

— По праву силы.

Именно так, титул, родословная не имеют значения, и если ты не прошел инициацию источника, не доказал, что достоин, ты не мог стать во главе клана. Каждый из присутствующих патриархов в свое время прошел через похожий обряд, поставив на кон жизнь и выиграв. Их окружала аура власти, личной, не заемной, и это была еще одна глыба, на которой покоилась мощь вольных Уделов.

Будь все иначе, становись главным тот, кому всего лишь повезло родиться в нужной семье, то Конфедерацию давно бы растерзали, начиная от кочевников с юга и заканчивая псами с запада, вечно голодными до чужого добра.

— Для чего ты здесь? — продолжил расспросы голос.

— Хочу занять место, принадлежащее мне по праву.

Вопросы раздавались мощно, гулким громом прокатываясь по воздуху. Ответы звучали глухо, словно их специально заглушали.

Давление увеличилось, теперь это походило на стремительный горный поток ревущей реки. Сила на силу. Упрямство на упрямство. Выдержка на выдержку. Неукротимость против все возрастающего желания смять наглого новичка.

Я вздрогнул, но почти сразу почувствовал поддержку, пришедшую изнутри. Хлад не бросил носителя, позволив выстоять под усиливающимся напором.

Нахлынуло понимание, меня провоцировали. Дать волю ярости, позволить эмоциям выхлестнуться наружу. Для одного — выявить одержимость. Заставить стихию взять верх над разумом, тем самым доказывая, что молодой князь всего лишь пустая оболочка, не личность, а значит, не заслуживает вставать вровень со всеми.

Князья желали посмотреть на реакцию, оценить уровень силы — слабый отступит, недостойный падет. Но я уверенно сделал шаг вперед по выложенной камнем дорожке.

Волков-Русов и Корсаков. Где же обещанная вами поддержка? Но сидящие в разных концах князья давили не меньше собратьев.

— Я беру то, что принадлежим мне по праву, — повторил я, гордо вскидывая подбородок и делая очередной шаг.

По рядам скользнуло легкое замешательство, едва уловимое, похожее на мимолетную тень, но ощутимое для тех, кто умел прислушиваться к эмоциональному фону.

Часть выразила едва заметное удивление, прочитав в ответном взгляде «мальчишки» властность и высокомерие. «Откуда такие метаморфозы?» — читалось в глазах князей, ведь совсем недавно это был обычный мальчишка. А потом приходит понимание, они вспоминают себя, вспоминают собственную инициацию и принимают изменившийся характер.