Что Германия, что Италия, что чуть позже Япония, лишились всех своих боевых кораблей, включая даже перестроенных из гражданских судов. Во-первых, изъять их требовалось с целью недопущения возрождения былой военно-морской мощи данных стран. А, во-вторых, потери тех же англичан за всё время боевых действий стали просто катастрофическими. Не менее двух третей всего Королевского флота было отправлено на дно, отчего ему срочно требовались новые вымпелы для возмещения понесенных потерь. Причем строить их было не сильно желательно, поскольку экономика страны находилась, мягко говоря, в глубочайшем упадке, а государственный долг подобрался к ошеломляющей отметке в двадцать четыре миллиарда фунтов стерлингов, который виделось возможным погасить, лишь растянув его возврат на ближайшие 50–55 лет. Таким вот образом на удивление уцелевшие «Бисмарк» и «Тирпиц» уже в 1947 году сменили германский крест на Юнион Джек, будучи переданными победителю в качестве репараций. Зато Советский Союз, не без активной помощи затребовавших свою долю испанцев-республиканцев, припомнивших Италии еще и недружественные действия 30-х годов, смог получить два современных итальянских линкора типа «Витторио Венето». Что, с учетом активно достраивающейся в Николаеве «Советской Украины», обещало дать Москве полноценную линейную эскадру для Тихоокеанского флота.

Правда раздобыть еще и авианосцы, увы, никак не вышло. Американцы наотрез отказались передавать даже на время один из своих «Эссексов». Англичане же скорее удавились бы, нежели поделились с «красными» одним их своих авианесущих кораблей. Французы располагали лишь двумя требующими среднего ремонта кораблями подобного класса. А оба итальянских авианосца были уничтожены британской палубной авиацией ещё в войну, как все японские погибли под ударами американской авиации или же от действий субмарин. Потому единственное, что вышло сделать — это наложить лапу на конструкторскую документацию немецкого «Графа Цеппелина» — не самого удачного корабля данного класса, по чести говоря. Но это было хоть что-то.

Остальные же сотни эсминцев, подлодок, тральщиков, торпедных катеров и немногочисленные уцелевшие крейсера каждой из проигравших стран разделили примерно на 3 равные части, которые специально отобранные представители государств-победителей и разыграли меж собой, банально ткнув пальцем в бумажки с номерами относящимися к тому или иному перечню данных кораблей.

А вот авиацию порезали на металлолом мгновенно. Тем более что век поршневых двигателей активно уходил в прошлое, а реактивные Ме-262 уже заметно уступали по своим характеристикам, что английским, что американским, что советским реактивным самолетам. Засилье в небе последних, кстати говоря, и поставило жирный крест на немецкой бомбардировочной авиации еще в конце 1945 года, когда на фронте в массовых количествах появились По-9[1] и Як-15. Ни уйти, ни отбиться, от таких истребителей экипажи медлительных Хе-111 и Ю-88 банально не могли. На создание же полноценного воздушного флота реактивных бомбардировщиков у Германии не осталось сил и времени. Вот и пускали победители под гильотину по большей части истребители разных моделей, да немногочисленные штурмовики, что умудрились сохраниться в частях Люфтваффе, не смотря на все понесенные теми потери. Тогда как транспортные самолеты планировали эксплуатировать на междугородних рейсах еще не один год, постепенно заменяя их отечественными машинами.