Архивариус сделал паузу, как я полагаю, чтобы подобрать максимально точную формулировку.

— … в неспособности следовать протоколу, — подобрал он подходящие слова. — Протокол для них — не руководство к действию, а преграда, которую нужно обойти. Идея коллегиального решения вопросов для юся нетипична — у них сильна вера в собственную исключительность. Это не патология, а паттерн, обострённый уникальными условиями их существования.

Затем он перевёл свой холодный взгляд на меня:

— Вы — аномалия. Все трое. И если вас не разорвёт изнутри, вы сможете достичь системных результатов. Это будет впервые.

— Ну-у-у-у… — протянул я. — Спасибо. Насколько это правда, что мы такие уникальные нетакусики?

— Кто? — не понял меня Архивариус.

— Не такие, как все, — пояснил я.

— Насколько мне известно, — ответил он. — Ты ведь чувствуешь, что у тебя нет доверия к другим юся?

— Есть такое, — согласился я.

— Это чувство должно распространяться и на членов твоего «кулака», — сказал Архивариус. — Возможно, была допущена ошибка в вашем обучении, а возможно, что дело в чём-то другом. Но вы первые такие. Я больше склоняюсь к версии, что на вас сильно повлиял ваш альтруизм — вы трое, что ты, что Сара, что Маркус, так или иначе, но помогали людям, которых встречали на своих путях. Это должно было быть вытравлено из вас в процессе обучения — вас не случайно погружали в условия Низших Палат.

— Ясен-красен, что не случайно! — воскликнул я. — Служение человечеству, а не людям! Общее над личным!

— Именно, — кивнул он. — Это должно было быть закреплено в Высших Палатах, где вам давали всё — после этого в вас не должно было остаться ничего альтруистического. Альтруизм, по мнению Храма и, по моему мнению, вреден для общего дела. Вы не должны никого жалеть — у вас есть высшая цель. Это абсолютный легизм.

— Я тебя понял, — вздохнул я. — Теперь другой вопрос. Ты знаешь о кровососах?

— Знаю, — кивнул Архивариус.

— И ты не сказал мне⁈ — возмутилась Сара. — За всё это время⁈

— А ты никогда не спрашивала, — резонно отметил он.

— Охуенно, — усмехнулся я. — Как она могла спросить, если даже не подозревала о существовании такого вопроса?

— Это не моя проблема, — пожал плечами Архивариус. — А рассказывать об этом кому-либо — это очень ненадёжная стратегия выживания.

— Итак, что ты знаешь о главном кровососе? — спросил я.

— Очень мало, — ответил он. — У меня нет никаких дел с кровопийцами и они лишь догадываются о моём существовании. Если бы они знали — я был бы мёртв.

— Но что-то ведь ты знаешь, — предположил я.

— Я знаю, что в каждой провинции раньше было очень много кровопийц и основную их массу составляли те кровопийцы, которых я называю цзяньцзе.