Наконец, успокоившись, Вышнедревский открыл рот:

— Господин Грецкий, прежде, чем я начну вас распекать… очень жёстко распекать за вашу самодеятельность…

Я сразу оборвал его:

— Так, ты полегче давай…

Глаза барона потемнели. Воздух в карете словно затрещал, и я почуял шевеление волосков на голове и лице. Велена сразу же крикнула:

— Только помолчи, Борис! Заклинаю тебя предтечами, не зли его! Орф четвёртого круга!

Одного такого я всего пару часов назад укокошил, пусть и чудом. Но об этом я решил не упоминать. Тем более, мне самому были противопоказаны драки.

— … те, — добавил я, — Давайте, я имею в виду. Ну, успокоимся давайте.

Воздух резко перестал трещать, и Вышнедревский улыбнулся.

— Думаю, нам и вправду стоит несколько остыть.

Конечно, из нас двоих кипел только он, но я оставил это мнение при себе. Сказал лишь:

— Я думал, вы там… — я махнул головой назад, — … на ферме.

На скуле Вышнедревского дрогнул желвак.

— Надеюсь, вы не серьёзно? Там есть мои подчинённые, этого достаточно. Меня же ничего не должно связывать с расследованием.

— Ну, главное, чтобы вы доверяли им.

Лицо барона тронула улыбка, хотя глаза оставались холодны.

— Да, доверие сегодня — очень ценный ресурс. Доверяю, не переживайте. Что ж, спешу поздравить вас, вы с герцогиней Жлобиной добились, чего хотели и потратили на это всего несколько часов. Все обвинения сняты, а вы — телохранитель княжны. Это замечательно. Это похвально.

— Ага, спасибо, — я усмехнулся, — Вы тоже за это время, насколько знаю, времени не теряли? — я снова кивнул назад, — Как содержимое папки, которую вы стащили из дома Анны Павловны? Интересное хоть?

— Какой папки? Не понимаю, о чём вы? — Вышнедревский картинно рассмеялся, потом развёл руками, — Уж не серчайте, господин Грецкий, такая работа. Кстати, спешу опять же поблагодарить вас — вы очень помогли! Но заклинаю вас, не упоминайте больше ни о папке, ни о князе… кхм… вы поняли, о каком я князе.

— О князе Волчине?

На лице барона снова дрогнула жилка. Он медленно выдохнул, прикрыв глаза, потом снова заговорил:

— Думаю, Грецкий, вы мало знаете о древней орочьей волшбе, тем более связанной с Кругом Силы. Поэтому не следует просто так упоминать те, кто… — тут он осёкся.

— Он входит в Круг Силы⁈ — тут уже я заметно удивился.

Вышнедревский, зажмурившись, требовательно поднял ладонь. На его руке загорелась руна, очень яркая, которые отделилась от кожи и повисла передо мной, слегка мерцая. Смесь эльфийского и орочьего написания…

— Грецкий, берегись! — прошептала Велена дрожащим от страха голосом.

В этот момент я прекрасно почуял и без подсказки Велены, что мне грозит смертельная опасность… При этом я понимал, что не успею даже выхватить Убийцу Троллей.