Я смог дотащиться до лестницы и даже подняться наверх, ведь гномьи ловушки уже были обезврежены. Мы застыли перед двойными дверями, которые были перекошены и держались уже на одном честном слове.
— Поздняк! — зашипел Денис, — Все уже здесь!
Сквозь щели было видно, что вся ферма объята огнём, и во всполохах света тут и там мелькает народ. Некоторые тащили на себе измождённых жертв, которых явно вытащили из тех самых злополучных ферм.
Больше всего мне не понравилось, что какой-то десятник-орк, махая руками и отдавая команды, показывал в сторону нашего особняка. Того подвала, в котором мы прятались. Мол, надо бы проверить.
— Если сейчас в подвал заявятся, то всё! — Денис запыхтел, едва ли не кусая пальцы, — Барон в ярости будет, что ты здесь, Грек! Лука, думай, давай, как нам воеводу нашего не подвести!
Лукьян пожал плечами… Я в это время смотрел на яркую эльфийскую надпись на стене, которую у меня не получилось расшифровать, когда только спускался в этот треклятый подвал.
— Здесь написано: «Волшба строго запрещена!» — тут же подсказала Велена, услышав мои мысли.
— Ну, я так и думал, — усмехнувшись, буркнул я.
— Что? — переспросил Денис.
В этот момент снаружи послышались крики. Так-то там и так не было тихо, но в общую какофонию звуков неожиданно ворвался и кабаний визг. Стены вдруг сотрясла, будто что-то массивное врезалось в особняк, и мне за шиворот осыпалась штукатурка с потолка.
Дружинники, которые двигались в сторону подвала, тут же потеряли к нам интерес и, громко перекрикиваясь, куда-то исчезли. Раздался ещё взрыв, сопровождаемый кабаньими воплями.
Кажется, кто-то большой и очень поворотливый добавил чутка хаоса в эту и так неспокойную атмосферу.
— Пошли-пошли-пошли! — я тут же ткнул Дениса и Лукьяна в спины, выталкивая наружу.
Пока все были заняты бешеным Хрюцким, господин Грецкий получил шанс спастись… Бежать до чистого поля от этого дома было не так уж и долго, и я даже не оглядывался, чтобы не смотреть, во что превратилась ферма. Правда, я не то, чтобы бежал — меня за собой тащил Лукьян, который ещё и Лелю нёс на плечах.
На наше счастье, в спины нам стрелы не полетели. Значит, никто даже не обратил внимания на нескольких беглецов, которые нырнули в стелющийся по земле дым и исчезли в темноте ночного поля.
Добрались мы до Качканара по объездной дороге. Правда, она была так ушатана, что лошадей нельзя было пустить галопом — как бы ноги не поломали. Денис мог заставить меч светиться, но нам не нужно было, чтобы нас заметили издалека.
Дорога иногда выходила на холмы, и оттуда мы наблюдали, как из ожившего Качканара, сияющего ночными фонарями, ползут к купцовой ферме огоньки. Некоторые огоньки ползли наоборот к городу, а некоторые вообще через поля и исчезали среди деревьев. Там текла Выя, а значит, жители уже таскали воды из реки.