Здесь я видел очень сильных актеров, играющих без халтуры. Наверное, после представления попрошу автографы прямо на программке.

Актеры, исполнявшие роли, жили жизнью своих персонажей. И не беда, что госпожа Эккерт была лет на десять старше Ларисы Огудаловой — девицы на выданье, а господин Эккерт (видимо, ее муж?) не походил на обаятельного негодяя, как я себе представлял Паратова, после того, как увидел в этой роли Никиту Сергеевича.

А здесь, на провинциальной сцене (если можно было так назвать небольшой подиум, предназначенный для музыкантов!), жила девушка лет семнадцати-восемнадцати, влюбленная в человека, который ее недостоин, и, по молодости, делающая разные глупости. Согласие на брак с нелюбимым чиновником дает назло и себе, и своему бывшему возлюбленному. Но, в тоже время, будучи наивной, она оставалась целомудренной девушкой, которая, в отличие от киношного образа Ларисы, не отдалась бы без брачного венца даже любимому человеку.

Но, оказывается, у Островского ничего «жареного» и не было! Ну да, Лариса отправилась с Паратовым за реку, слушать цыган, но не уединялась с ним в каюте, никто ее девственности не лишал.

Разумеется, ехать без родственников, с посторонним мужчиной, нехорошо, но не смертельно. Хотя… Я рассуждаю как человек из двадцать первого века. Впрочем, если бы моя Ленка (та, что осталась в будущем) накануне свадьбы умотала к цыганам с каким-нибудь мужиком, я бы тоже не понял такого поступка.

И Паратов здесь выглядел не циником, а по-своему страдающим человеком, который любит Ларису и, в тоже время, не может жениться на нищей невесте, потому что ему нужно поправить собственные дела.

Здешний Сергей Сергеевич Паратов чем-то напоминал Эраста из «Бедной Лизы». Ведь тот, вроде бы, любит крестьянскую девушку, не покушается на ее невинность, но жениться ему мешают сословные предрассудки.

Еще раз посетовал на собственную малообразованность. Нельзя посмотрев фильм, получить представление о пьесе. Задумался даже — а имел ли право режиссер, которого я очень уважаю, на такое прочтение Островского? Впрочем, об этом пусть рассуждают критики и литературоведы.

Но больше всего меня поразил Карандышев. Если в «Жестоком романсе» чиновник в исполнении Мягкова вызывал жалость, то здесь — некое недоумение и неприязнь. И я сделал вывод, что Юлий Капитонович свою невесту не любит, а красивая жена ему нужна только как компенсация за собственное ничтожество. Типа — пусть сам неказист, зато жена красавица. Ладно, что небогат, не вышел чином, так он еще и лютый завистник. Он завидует и Кнурову, и Паратову. В таком случае — чем он лучше этих людей? Пожалуй, что убивать Ларису он станет не из ревности, а из-за ущемления собственных же амбиций. Вот, мечтал отыграться за все благодаря красивой жене, а не вышло! Наверное, так повел бы себя сумасшедший коллекционер, мечтающий заполучить драгоценную этрусскую вазу, но узнав, что ваза ему не достанется, решил ее уничтожить!