— Все могло быть, — пожал я плечами. — Теоретически, боеприпасы могли давно приобрести, еще в Санкт-Петербурге. Но, как мне кажется, тогда бы и убийство было совершено раньше. Нет, идея пришла недавно. Кадников, Кубенское, или уже у нас. Возможно — запрос вхолостую пройдет, а может что-то и выгорит.

Абрютин скорчил скептическую гримасу. Я бы на его месте еще не так скривился. Но исправник спорить не стал, а взял ручку и принялся набрасывать текст запроса. Надо будет попросить, чтобы показал, как его составлять. Вдруг пригодится.

— Так говоришь — проверить оружейные лавки Кадникова и Кубенского на предмет покупки патронов семь-двенадцать? — уточнил надворный советник. — А в Кубенском-то исправник имеется?

Я начал вспоминать. В Кадникове исправник есть, все-таки, уездный центр[1], а вот в Кубенском? Нет, это село, значит, только урядник.

Но Абрютин уже не дожидался ответа. Закончил писать, вышел в приемную. И, судя по всему — озадачил своего канцеляриста. Вернувшись, сказал:

— Сейчас курьер на телеграф сбегает, завтра из Новгородской канцелярии запрос в Вологду отправят, а там уж до сведения исправников доведут. Ну, как проверят, нам телеграмму и отобьют.

— И сколько времени ответа ждать? — поинтересовался я, представляя, какая начнется канитель. — Неделя или две?

Абрютин был более оптимистичен.

— Давай прикинем… Завтра мы точно ничего не получим. А вот послезавтра — вполне возможно. Коли дело об убийстве заходит, то губернаторы исправников быстро озадачивают, да еще все под собственный контроль берут.

— Послезавтра — еще терпимо, — кивнул я.

— А куда тебе спешить? До экзаменов еще месяц, все успеваешь. Или ты за труппу переживаешь?

— Есть такое дело, — кивнул я. — Пока у меня конкретного подозреваемого нет, приходится подозревать всю труппу. И сколько они у нас просидят?

— Так это от тебя зависит, — хмыкнул Абрютин. — Ты дело открыл, ты его и ведешь. По мне — хоть завтра всех можно отпустить. Но ведь ты не отпустишь, правильно?

Конечно не отпущу. Мне этих артистов жалко, но убийство — это убийство. Пока я убийцу не отыщу, станут они в гостинице сидеть, Анастасию Тихоновну радовать. Ей-то прибыль… Ну, хоть кто-то останется доволен.

[1] Кадников и на самом деле был уездным центром, но после того, как остался без железной дороги, а промышленная жизнь уезда переместилась в деревню Соколово (ныне г. Сокол), где была построена бумажная фабрика, он стал хиреть. В настоящее время Кадников, хоть и считается городом в составе Сокольского района, но больше напоминает поселок городского типа.