несмотря ни на что. И вот наконец три месяца назад Самсонов решился и принял судьбоносное решение — ушел со службы по выслуге лет и переехал в их город, сказав: — В новую жизнь на новом месте. Теперь Валерий Самсонов был замом Кости по безопасности. Козлова посадили по каким-то его прегрешениям перед государством, но были и другие любители открывать рот на чужой кусок. А сейчас, когда Костя всё чаще работал из дома, проводя больше времени в кругу семьи, нежели в офисе, ему был нужен человек, на которого он мог положиться. — Может, поторопился он с крестом-то на личной жизни? Она вздохнула, глядя на то, как Валерий общается со Славиком, как уважительно слушает Натэллу и что-то отвечает ей, улыбнувшись вдруг искренней улыбкой. Нравился ей этот серьезный мужчина, так же победивший такое же опасное заболевание, как и её Костя. Влада, едва они получили положительные анализы о здоровье малышки, начала искать себе на работе замену. Нашла быстро. Лично поговорила с женщиной, поработала с той пару месяцев, ввела в курс дела, оценила её вдумчивый и спокойный характер и ушла в декретный отпуск, причем ушла значительно раньше. Они с Костей оба боялись рисковать. Всё-таки она действительно была уже не в том возрасте, чтобы легко относиться к беременности, дарованной им свыше. Это они понимали сами, это же им сказал и врач Кости, когда они сказали ему о беременности Влады. Орчанские советовались с врачом, опасаясь, не отразится ли перенесенное Константином лечение на здоровье малышки. И услышали ответ: — Не отразится! Рожайте! Очень рад за вас! Им надо было пережить мнимую измену, развод, год разлуки, смертельно-опасную болезнь Кости и только-только закрепившуюся ремиссию, чтобы понять, что дальше они будут только вместе. В беде и в радости, в болезни и в здравии. Во всем только вместе. Потому что порознь у них не получается. Совсем. Они уже пробовали. Нет ничего дороже семьи — пусть это звучит как избитая истина, но это так. Для Кости, Влады, Славика и Натэллы. Точнее, двух — старшей и той, которой только предстоит ещё прийти в этот большой мир. Поняли долгий год спустя…

Канун Нового года. Спустя год.

— Влада, детка, если ты сей же час не присядешь отдохнуть, то, клянусь моим золотым портсигаром, я сейчас же звоню Косте и говорю ему, что тебе плохо, и надо в больницу! Я могу, ты меня знаешь! И поверит он мне, а не тебе! — Натэлла достала из кармана легких брюк свой телефон, продемонстрировала его и замерла, сурово глядя на жену внука. — Ты знаешь, как твой муж… Как все мы боимся за тебя, так что извини, детка, но я это сделаю.