— Ни кусочка, — бурчит Саблин. Он и сам сожалеет о том, что не оставил ни одной пачки тротила. Всё потратил на одну лодку. Но уж больно опасна она была со своим пулемётом, Аким хотел убрать её, убрать наверняка, вот и не думал о том, что будет дальше… А командир всегда должен думать.
Он наконец вычерпал воду, ещё раз помыл руку и только теперь достал из аптечки мазь, чтобы смазать горящую кожу. И только потом надел перчатку и уселся на своё место на носу за рундуком.
Но не успокоился, начал вертеть шлемом из стороны в сторону, искать камерами дрон. Нашёл, конечно, дрон никуда не делся.
Нет, твари не собирались их отпускать. Саблин вдохнул и заглянул в коробку с патронами, что стояла на мокром брезенте. Она была наполовину пуста. У него были две коробки с патронами для дробовика, двадцать четыре штуки, а ещё двенадцать патронов для его ружья, которое он брал на рыбалку. Десятый калибр. Он специально брал такое мощное оружие в болото, чтобы с одного патрона можно было угомонить выдру. Или наглого баклана. И выдра, и баклан были опасны, могли нанести серьёзные раны одним ударом, уколом, укусом, особенно если тело не защищено. А ведь никто из рыбаков броню на рыбалку не брал. Поэтому этих опасных зверей желательно было валить одним выстрелом. Да и теперь десятый калибр ему очень даже может пригодиться, дуплет из двух стволов даже двухсоткилограммовому солдату не понравится. От такого гостинца монстр не отмахнётся, как от винтовочной пули. А уж про разведчиков, офицеров, нюхачей или техников и говорить не приходится. Два недостатка было у его ружьишка: два ствола — два патрона, а потом перезаряжайся, да и прицельность у него так себе, в общем, это оружие средней и ближней дистанции. А, как известно всем, солдата переделанных близко подпускать нельзя, даже если ты в броне.
Ещё у них на троих было… одну Аким уже использовал… а значит, одиннадцать гранат. Ну и его офицерский пистолет. Слабенький заряд, десять миллиметров, но шесть патронов, автомат и всегда под рукой тоже не помешают.
— Денис!
— Чего? — отзывается тот.
— Как нога?
— Нога? Да нормально вроде.
— Не болит?
— Да нет… Терпеть можно, но вот привод оторвало и саму «голень» повело малость… Ходить быстро не смогу, а так нормально…
Хотелось Саблину сказать: ну ничего, зато жив-здоров. Но он опять видит висящий вдалеке дрон переделанных и думает, что такое пока говорить рано.
«Скажешь такое, так непременно что-то потом случится».
Нет, как и все люди военные, Саблин тоже суеверен. Он был уверен, что о таком можно будет говорить, только когда они уже рассядутся за столом в чайной, там, у себя в Болотной.