Зажав себе рот ладонью, чтобы не выдать себя случайным звуком, я тем не менее не мог отвести взгляд от этого зрелища.

В динамиках вновь раздался треск, в котором, как ни прислушивался, все же не мог разобрать ни слова. Монстра эти звуки тоже заинтересовали, и он, застучав по полу своими ногами двинулся в мою сторону.

— Твою мать! Я даже не знаю, куда ему бить, — мелькнула мысль в голове и тут же пропала. Как и свет.

— Сукаааа, — едва слышно протянул я, готовясь дать бой чудищу в темноте, но внезапно возле комнаты вспыхнула та самая оранжевая линия. Она устремилась прочь от палат, ведя к перекрестку, по которому можно было выйти к столовой и основному комплексу лаборатории.

Цокот монстра замер, а затем стал удаляться. Все еще опираясь о стену, я в изнеможении сполз на пол. Ноги и руки дрожали, но скорее не от страха, а от адреналина, бурлившего в крови.

Путеводная нить в коридоре вновь зажглась, привлекая к себе внимание. Своей настойчивой пульсацией она заставила меня подняться и проследовать за ней. Благодаря ее свету я мог двигаться чуточку быстрее, не опасаясь обо что-нибудь споткнуться.

Дойдя до перекрестка, повернул в указанную сторону. Путеводная линия, проскользнув вперед, резко снизила яркость, словно призывая к осторожности. Поняв, что это намек, я еще больше замедлился.

Подходя к двери, ведущей в столовую, увидел, как оттуда исходит ядовито-зеленое сияние. Даже отсюда я ощущал гнилостный запах разложения, почему-то смешанный с кислым запахом отработанной машинной смазки.

Увы, мой путь пролегал мимо столовой, и я едва ли не по-пластунски заскользил, не отрываясь от пола. Достигнув дверного проема, остановился и заглянул в помещение.

Наверное, сейчас его можно было назвать оранжереей. Столы, некогда стоявшие посередине, были безжалостно смяты и отброшены в дальний угол. Их место сейчас занимали лежащие ровными рядами тела персонала лаборатории образуя, что-то похожее на грядки.

Из трупов вверх устремлялись крупные лианы, состоящие из кусков мяса и внутренних органов. Переплетаясь вверху между собой, они образовывали настоящие заросли-кроны. С них свисали небольшие, примерно с теннисный мяч, прозрачные коконы, в которых уже начинали шевелиться зарождающиеся твари.

Между невысокими стволами скользил недавно видимый мною паук. Тыкая своими лапами-иглами и что-то вкачивая в эти чудовищные растения-животные он словно нянька, бережно осматривал каждый плод.

— Мля, в следующий раз из дома без парочки термобарических гранат не выйду, — одними губами прошептал я, наблюдая всю эту картину. Вроде как-то читал, что одна такая штучка точно бы здесь помогла. Но для верности и вторую бы закинул. Эх, мечты, мечты.