— А что она делает? — наклонившись и подогнув ногу, я начал медленно снимать повязку. С каждым снятым слоем, запах смеси лекарств и чего-то прокисшего становился все сильнее.

Наконец, полностью избавившись от бинтов, увидел, то, во что превратилась моя нога. Кожа от лодыжки до колена почернела и огрубела, став похожей на кору какого-то старого дерева. Мышцы, что были покалечены «обезьяной» и скафом выглядели еще хуже, и не в силах смотреть на это дальше, я накинул «цигу» на ногу.

Ткань, накрыв конечность почти до самого бедра, зашевелилась и начала растекаться по ноге, образуя своеобразный корсет вокруг нее. Ощущения были довольно специфичными, напоминая странную смесь уколов и щепотки. Не выдержав, улыбнулся.

— Ага, первый раз забавно, потом больше раздражает, чем веселит, — «нянька» стоял ко мне спиной, что-то вороша в шкафу, где лежала одежда. Как он умудрился увидеть мою улыбку, я так и не понял.

— Вот, — произнес он, достав штаны и вынув нож. Смерив меня взглядом, он полоснул оружием по одной из штанин, укорачивая ее. Положив их на стул, достал из шкафа куртку и нательное белье. Верхнюю одежду он оставил на месте, а нижнее кинул на кровать рядом со мной.

«Цига» закончила трансформироваться, и ее внешний слой стал приобретать твердость. Попробовал поскрести по ней ногтем, но тот скользил, словно по стеклу.

— А штанину зачем отрезал? Теперь буду ходить и сверкать на весь ангар, — спросил я у Кадма.

— За этим и отрезал. Чтобы видно тебя было далеко. Мало ли, вдруг заблудишься или сбежать решишь, — серьезным тоном произнес он, но потом, не выдержав, рассмеялся. — Шучу. «Цига» не любит препятствий между собой и окружающей средой. Так она быстрее залечит твои раны и выведет токсины из организма. Но к Ли тебе в любом случае придется наведываться, а то умрешь, пропустив дозу противоядия.

— Противоядия? — я замер, уже почти встав на ноги. — Это шутка такая?

— Какие уж тут шутки? Все на полном серьезе, –заметив, как в его взгляде мелькнул холодок, я сразу понял, что слишком рано расслабился.

— Да ты не бойся, это сделано, что бы ты глупостей не натворил, — Кадм вновь превратился в жизнерадостного парня. — Веди себя нормально и будешь жить.

— Постараюсь, — ответил ему я и попробовал встать. В первые секунды после того, как я ступил ногами на пол, меня повело из стороны в сторону, но переждав приступ головокружения, я смог сделать первые робкие шаги.

— Ну, вот и молодец! — похвалил меня Кадм. — А теперь давай, топай в душ, а то что-то пахнет от тебя с каждой минутой хуже и хуже.