— Ну хорошо, — сказал он наконец и хрустнул пальцами. — Давайте-ка сделаем вот что.

Не успел он продолжить, как полог палатки внезапно распахнулся. Вошел перепуганный бледный часовой, поклонился и неуклюже застыл у всех на виду.

— Простите, лорд, — промямлил он и поглядел на Хельборга виновато. — Мне показалось, что это не может ждать.

Хельборг окинул его колючим взглядом.

— Что не может ждать?

— Я не могу, — раздался еще один голос. Его обладатель вошел, отодвинув часового. Высокий, белокожий, светлые как солома волосы коротко подстрижены. На нем были богатые одежды, скроенные в старомодном куроннском стиле, украшенные золотой каймой и перехваченные на талии тонким поясом, плетенным из кожи. Незнакомец обладал правильными чертами лица, военной выправкой и держался уверенно. Он низко поклонился, завершил поклон взмахом тонкой руки.

— Гаскар д’Алембансон к вашим услугам, лорд, — объявил он. — Его милость виконт, да хранит его Владычица, посылает меня к вам в качестве посла, с правом безопасного перемещения в соответствии с соглашениями между нашими землями.

Хельборг нахмурился. На рейкшпиле этот человек говорил бегло, но манера речи смущала. По опыту он знал, что бретоннцы благородного происхождения — грозные воины, храбрее всех ему известных и зачастую более умелые, чем их имперские коллеги; но это не мешало им оказываться… не от мира сего.

— Твой брат — разбойник, — сказал Хельборг. — Его бандиты совершили налет на наши поселения, в результате чего уничтожены люди и имущество. Я пришел наказать его, и на этом разговор окончен — обсуждать нечего.

Гаскар холодно улыбнулся.

— Боюсь, мы по-разному понимаем то, что здесь происходит, милорд, — сказал он. — Виконт защищает свое. Если и был налет, то только с одной стороны границы.

Хельборг закатил глаза — ему не хотелось вновь обсуждать этот несчастный случай.

— Вы хотите возместить убытки? — спросил он. — Это можно обсудить.

Улыбка на лице посла угасла.

— Не совсем, — сказал он. — У виконта есть другое предложение. Если вы соблаговолите выслушать, я передам ему ваш ответ.

Хельборг внимательно наблюдал за пришельцем. Вот он — бретоннский высший свет с его типичными уловками. Разыгрывается целое представление, изысканная игра обещаний и встречных предложений. Кодекс, по которому они жили, в Империи давно умер — кодекс, который ставил умение себя вести выше политических соображений и в котором все решали слово человека, его происхождение и честь.

Хельборг всегда считал это ненужным умничаньем. Мир суров, он населен порождениями тьмы и полчищами всякой нечисти; в нем едва хватает возможностей для выживания, где уж тут место вежливости.