Австрийцы же, помимо всего прочего, не смогли удовлетворительно наладить снабжение наших войск. Зная обо всех наших неурядицах от своих шпионов, Наполеон собирался окружить и разгромить нашу армию на речке Инн возле Браунау. Но, Кутузов вовремя принял решение отступать от Браунау в сторону Ламбаха и Линца, а затем к Ольмюцу, чтобы соединиться с графом Буксгевденом и австрийцами, оставшимися в строю после разгрома барона Мака. В результате, наша армия проделала трудный марш в четыре с лишним сотни верст.
Наш отход прикрывал арьергард под командованием Багратиона. А между арьергардом и основными силами двигался отряд усиления под командованием генерал-лейтенанта Милорадовича. Пока наша армия, руководимая Кутузовым, отступала, арьергард вел бои прикрытия. Багратион и Милорадович проявили себя с самой лучшей стороны. Они не дали Наполеону возможности для окружения, сдержали кавалерию маршала Мюрата и нанесли французам болезненные удары возле Линца, у речки Энс, возле монастырей Мельк и Святой Флориан, а также при Амштеттене и у Санкт-Пельтена.
Благодаря успешным действиям арьергарда, Кутузов сумел не только вывести свою армию из-под угрозы окружения, но и сохранил ее в полностью боеспособном состоянии. Вот только солдаты очень устали от длительного перехода, да и, замысел Кутузова соединиться с основными силами сразу не воплотился, поскольку наш император Александр приказал срочно оборонять Вену, опираюсь на крепость у Кремса. И там мы одержали победу над французским корпусом Мартье, перебив 5 тысяч французов. Но, наши усилия оказались напрасными, поскольку австрийцы все равно приняли решение сдать Вену неприятелю. И из-за этого нам снова угрожало окружение.
И Кутузов вновь приказал отступать, а наш арьергард под командованием Багратиона снова должен был попытаться сдержать корпус Мюрата. Так и случилось сражение севернее Шенграбена. Арьергард Багратиона попал в окружение, но смог вырваться и присоединиться к основным силам нашей армии Кутузова возле Погорлиц. После чего уже все вместе, двигаясь через Цнайм и Брюнн, дошли наконец-то до Ольмюца, где и соединились со всеми остальными, с нашими и австрийцами. Ну а там, в Ольмюце, уже и состоялся тот смотр войск, который проводил наш император вместе с императором Австрии.
Дорохов выглядел удивленным, проговорив:
— Смотр я, разумеется, помню, как и многие другие события этой войны, в которых если и не участвовал, то слышал о них. Вот только я, пожалуй, не смог бы так гладко изложить последовательность и взаимосвязь военных действий, как это сейчас сделали вы. И потому, князь, я признаю ваш талант стратега. В штабе вы служите по праву. Но, вы так и не рассказали, почему же мы проиграли битву при Аустерлице?