Сказав так, Дорохов сбежал по лестнице вниз, последовав за своими бойцами. И бой на территории крепости продолжался еще некоторое время, пока все наконец-то не затихло окончательно ближе к полуночи.

Как только разжалованный поручик вывел своих бойцов из башни, баронесса подошла ко мне вплотную и неожиданно взяла за руку, решительно потащив за собой на площадку возле лестницы, где взволнованно зашептала мне в самое ухо:

— Князь, я слышала весь ваш разговор с этим бандитом. И обязана отблагодарить вас за вашу решимость защитить меня и моих гостей. Можете располагать мной…

Признаться, я не ожидал от нее столь откровенного намека. Похоже, эта женщина рассчитывала, что я тут же растаю и обниму ее, а то и поцелую. Но, мне было не до того, тем более, что тут же следом за нами на площадку приковылял Коротаев, да и виконт с баронетом высунулись полюбопытничать. Вспомнив, что Степан так и не поужинал, я сказал Иржине:

— Благодарю за доверие. Предлагаю спуститься вниз. Мой денщик сильно проголодался, как и ваши слуги. Да и холодно здесь.

И, опираясь на руку Степана, я заковылял по лестнице вниз, отметив про себя, что пережитый стресс, подбросив в кровь приличную порцию адреналина, сказался на моем самочувствии в лучшую сторону. Во всяком случае, я чувствовал значительный прилив бодрости, голова болела значительно меньше, а головокружение и вовсе прекратилось, отчего и смог двигаться увереннее. Силы ко мне постепенно возвращались. И княжеское тело, еще недавно совсем чужое, уже вполне хорошо слушалось. А я начал привыкать к нему, словно бы оно принадлежало мне по праву рождения.

Когда мы спустились, то застали внизу разгром. В трапезном зале семеновцы, хоть и пробыли недолго, но закусили славно, перебив, при этом, дорогую посуду, рассовав столовое серебро по карманам, перевернув стулья, истребив остатки ужина и допив вино, отчего моему денщику, который совсем уже оголодал, пришлось довольствоваться обгрызанием костей и доеданием хлебных корок. А прислуге баронессы и вовсе ничего уже не досталось. Правда, молодая и довольно симпатичная служанка Маришка, которой Семен явно понравился, позвала его ужинать на кухню, в которую, как оказалось, вел из башни подземный ход, и где бравые бойцы Семеновского полка еще не успели похозяйничать.

Через некоторое время, когда звуки боя, доносящиеся снаружи, затихли, слуги и сама баронесса попытались выйти из башни, чтобы добраться до господского дома. Как выяснилось, этот двухэтажный особняк, в котором проживала хозяйка замка, располагался в центральной части крепости. Жилой дом, окруженный садом, был отделен от остальных строений крепости еще одной каменной стеной. И путь туда лежал сквозь внутренние ворота. Вот только бойцы, вооруженные ружьями, которых Дорохов оставил охранять вход в башню, получили от него приказ никого не впускать и не выпускать до особого распоряжения. И напрасно я пытался увещевать семеновцев, что, мол, подчиняться они должны теперь мне, как старшему по званию. Эти суровые парни, закаленные в боях, оставались непреклонными. Приказ их собственного боевого командира, пусть и разжалованного поручика, но доказавшего в сражениях свою храбрость и преданность бойцам, оставался для них важнее, чем команда какого-то пленного ротмистра.