Победа над новобранцами, никогда еще не участвовавшими в сражениях и отправленными в обозники, далась нам легко. Но, обольщаться не стоило. И, если придется заночевать в дороге, то надлежало выбрать место достаточно защищенное для того, чтобы внезапно нагрянувшая неприятельская кавалерия не застала нас врасплох. А что французские кавалеристы рано или поздно настигнут нас, я не сомневался. Меня даже удивляло, что до сих пор не настигли.

Впрочем, если даже из Ольмюца с самого утра выслали жандармов на поиски фельдъегеря, то пока эти жандармы пробрались в замок Гельф и освободили там пленных, прошло немало времени. К тому же, уезжая, ворота мы закрыли, а тяги опущенной железной решетки обрубили, чтобы ее не так-то просто было поднять. И пока они там провозились, прошло никак не меньше трех часов. Послать же гонца из Гельфа в Ольмюц с докладом о нашем выдвижении тоже требовало времени, как и само принятие решения командованием гарнизона об отправке погони.

Да и выделение наряда войск для этой цели не произойдет за считанные минуты. В штабе сначала разработают операцию против нас. Военная бюрократия работает не быстро. А кавалеристы, получив приказ, тоже вряд ли соберутся в путь за считанные минуты. Следовательно, какое-то время до встречи с вражеской кавалерией у нас оставалось. Вот только мне совсем не хотелось, чтобы кавалеристы настигли нашу колонну на марше.

Впрочем, лагерь-бивуак французских лесозаготовителей подходил для встречи вражеской конницы гораздо лучше, чем дорога. Если тут организовать оборону с умом, то конница лишится своего преимущества. Мы же вполне сможем отбиться, защищенные лесом с трех сторон от кавалеристских атак, если с четвертой стороны разместим препятствие, например, в виде поваленных друг на друга деревьев. И потому я обратился к только что освобожденным драгунам, все еще сжимавшим в руках пилы и топоры.

— Братцы, драгуны! Наша пехотная рота Семеновского полка, совершающая рейд по тылам неприятеля, только что сумела освободить вас из французского плена. Но, нас преследует вражеская кавалерия. Потому я приказываю вам еще немного поработать для того, чтобы сделать засеку возле нашего лагеря. Необходимо обезопасить обоз, в котором находятся раненые и беженцы. Обещаю, что после предоставлю всем, кроме караулов, два часа дневного отдыха.

Тут один из драгун вышел вперед и сказал:

— Семеновская рота, говоришь? А ты кто таков будешь, ряженый во французскую шинель?

Я тут же скинул свой маскировочный наряд, под которым был надет мой потрепанный мундир, и произнес: