Через полчаса гонки на пределе, когда заведомо проскочили невидимую линию границы, караван встал у небольшой группы деревьев.
Одного парня все-таки догнала шальная пуля, двух ранило — с Мигелем трех. Врач Эрнесто перевязал двоих на ходу и теперь занялся последним. Хосе обошел машины и вернулся с докладом:
— Два парагвайских грузовика плохи, сильно горячие моторы и вообще машины старые, изношенные. Предлагаю перегрузить все на наши и бросить.
Так и поступили — солдаты под надзором десятерых партизан перекидали снарягу. Остальные участники экспедиции перезаряжали пулеметы, доливали воду в радиаторы и бензин в баки. Хорошо еще канистры не прострелили… бррр.
Вася запрыгнул в кузов, где в углу, заваленный тюками, лежал связанный суб-офисьял. Рожу его украшал колоссальный фингал — такое впечатление, что ему вломил не Римак кулаком, а как минимум джип всем бампером.
— Ну и чего, Хулио, тебе надо было?
— Я не Хулио, я Педро, — мрачно ответил пленник.
— Да? А какая разница? Ладно, жить хочешь? — тут касик выудил из ножен остро отточенную железку. — Не слышу ответа.
— Хочу.
— Тогда так. Сейчас ты напишешь «Я, полный Педро, в трезвом уме и здравой памяти обязуюсь выполнять все приказы руководства…» — Вася полез в карман, вытащил записную книжку, пролистал и продолжил, — «… Народного движения 'Колорадо» [iv].
— Нет, меня же убьют! Президент их ненавидит!
— Будешь нас слушаться — не убьют. Не согласишься… — касик обернулся и крикнул, — Хосе!
— Да, командир, — в ту же секунду в кузов сунулся в аргентинец, будто стоял прямо у борта.
— Вот есть тут у нас один несогласный…
— Да я его на полосы распущу, — зарычал Хосе и потащил из-за спины мачете.
[i] Боги из пантеона инков
[ii] Порт в Чили
[iii] Война между Парагваем и Боливией в 1932−35
[iv] «Народное движение 'Колорадо» — несмотря на одинаковые названия с правящей «Национально-республиканской ассоциацией — Партией Колорадо», это внутренняя оппозиция президенту Парагвая Стресснеру.
Пара в кабинете вполне могла выступать в цирковом амплуа Пата и Паташона: один длинный, другой круглый. Первый вытянут по вертикали, высокий, сухой, с длинным лицом, длинным носом, длинными ушами… А высокий лоб с залысинами зрительно делал голову еще длинней. Второй же — колобок на коротких ножках, еще не толстяк, но уже скоро брюшко нависнет над ремнем, а поросячьи щечки лягут на плечи.
Длинный стоял у окна, разглядывая плац казарм Калама, на который наискосок падала тень от сторожевой вышки. Вышка появилась посреди здания почти сто лет назад, когда президент Иларион Даса готовил армию к Тихоокеанской войне, да так и осталась напоминанием о тех временах. Ныне в казармах, помимо полка, считавшегося президентским, квартировали и генеральный штаб, и командование армии.