И опять не смог предугадать ее реакцию. Прежние его пассии, что Инна, что Полина, что Татьяна в худшем случае просто недовольно отстранялись и продолжали спать, а в лучшем… В лучшем было что вспомнить, но вот чтобы подруга выпрыгивала из постели, будто приняла руку за змею…

Она заметалась по квартире с криками «Мне срочно в школу» и буквально в пять минут выставила обалдевшего Васю на улицу, даже не поцеловав на прощание. Из какого это фильма «я вся такая внезапная, такая противоречивая вся»? Вот оно самое, который уже раз все идет внезапно и поперек. Хотя это можно посчитать маленькой местью за вчерашний побег к падре.

Утро не оправдало ожиданий, зато ночь… Вася счастливо улыбнулся, сунул руки в карманы куртки и пошел, напевая почему-то «Черную рубашку» Хуанеса, на встречу с Ньико.

Две хибарки состроили углом, площадку перед ними заставили колесной техникой разной степени деградации и нарекли гордым именем «автомастерской». Даже вывеска имелась — Perez y Perez, reparacion de auto. В сарае пахло бензином и окалиной — в углу стоял сварочный аппарат, земляной пол пропитался маслом метра на два вглубь, а роль подъемника исполняли четыре домкрата.

Ньико оторвался от снятого с машины двигателя, обтер руки ветошью и с ходу заявил Васе:

— Есть тут один крепкий джип, можно купить недорого, Тойота Бандейранте. Тот же ЛендКрузер, только бразильской сборки. Пошли, посмотрим, тут рядом.

Машина ну вот ни разу не была похожа на привычный «крузак», скорее, на помесь «гелика» с «козликом», да к тому же пикап. Пикап-тойота… в Васином мозгу зашевелилось воспоминание и через несколько минут, в течении которых он тщательно морщил лоб, выслушивая восторги Ньико, всплыло наружу — джихад-мобиль!

— Слушай, а можешь приварить вот сюда стойку с шарниром наверху?

— Могу, но зачем?

— Пулемет, — шепнул Вася и многозначительно шевельнул бровью.

— Пуле… — начал было в голос Ньико, но осекся и продолжил тихо, — но зачем?

— Ты когда в Испании воевал, фильм «Чапаев» видел?

— Конечно, четыре раза! — с гордостью ответил бывший интербригадовец.

Концепцию автотачанки Ньико воспринял скептически. В первую очередь потому, что видел в бою танки и броневики, которым тойота с пулеметом на один зуб. Пришлось объяснять, что она не для того, чтобы бодаться с броней, а для того, чтобы быстро доставить тяжелый пулемет в нужное место. Да и сколько той брони у боливийской армии — десять танков? Или даже двадцать? Да хоть полсотни, что им делать на горных дорогах? Ньико хмыкнул и полез смотреть, куда можно вварить стойку, а минут через десять уверенно выдал заключение — можно, но только на пулемет не тяжелее двадцати килограмм. Если больше — надо варить целую раму. И вообще, с машинами разобрались, пошли, нас ждут на собрании, я обещал привести Тупака Амару.