Не включала верхний свет. Нашла в прихожей выключатель торшера, он оказался в углу комнаты, старый, с матовым абажуром. Торшер дал слабый желтый круг, этого было достаточно.
Быстро прошлась по квартире, это тоже было привычкой. Два выхода: входная дверь и окно на пожарную лестницу, это хорошо. Соседей сверху было слышно, работал телевизор, значит, живые, не наблюдатели. Окна выходят во двор-колодец, угол обзора ограничен, это тоже хорошо.
Гектор выбрал правильное место.
Остановилась посреди комнаты, поставила сумку на деревянный стул, он был единственный в квартире у маленького стола. Посмотрела на кровать у стены, она была застелена, чистое белье, одна подушка. Кто-то готовил это место заранее, но не сегодня.
Значит, он готовился не только к заданию.
Но сейчас нужно думать о том, что важно: первая встреча завтра в десять, значит, у меня есть восемь часов. Из них нужно поспать хотя бы три часа, иначе голова будет работать медленнее, чем нужно, а медленнее, чем нужно, я не могу себе позволить.
Сняла пальто, аккуратно сложила его на спинку стула, села на кровать. Подумала о машине, о том, как Гектор ехал – без лишних движений, руки на руле лежат спокойно. Как молчал именно столько, сколько нужно. Как коротко задавал вопросы, без предисловий, без попытки казаться мягче, чем есть.
Ты давно собирала этот архив.
Это был не вопрос, констатация. Он уже знал ответ, проверял только совпадение. Это был хороший знак. Люди, которые задают вопросы, чтобы проверить, а не чтобы узнать, думают быстро. С такими можно работать.
С такими опасно работать по той же причине.
Я легла, не раздеваясь, смотрела в потолок, желтый отсвет торшера доставал только до середины, дальше был серый сумрак. Тихо. За стеной у соседей неразборчиво работал телевизор, был просто фоном для меня.
Думала о парковке.
О том, как мужчина стоял в темноте. Я почувствовала его раньше, чем увидела, именно так, как и предполагала. Человек его уровня не производит шума, но заполняет пространство другим: осязаемое присутствие, плотность воздуха, не знаю, как назвать точно.
Я шла и знала: вот здесь. Повернулась, и он был именно там. Пистолет, расстояние три метра, мертвый угол камеры. Все правильно, все профессионально. Я смотрела на него и думала только одно:успею .
Успею сказать три имени прежде, чем он примет решение. Успела.
Он опустил оружие не сразу, была пауза, несколько секунд, в которые я не дышала, хотя дышала ровно. В эти секунды он просчитывал, я видела это по тому, как изменилось что-то в его лице. Не выражение, у него почти не было выражений.