Молча приступила к работе, сосредоточенно, как всегда. Он не морщился, просто сидел и смотрел на меня, пока я работала. Чувствовала его взгляд, но не поднимала головы, сначала закончу, а потом все остальное.
– Ты быстро приехала, – сказал тихо, когда я закончила.
– Да.
– Откуда ты узнала, где это?
– Ты упомянул этот переулок. Я запомнила.
– Ты всегда все запоминаешь.
– Да, – подняла взгляд. – Особенно важное.
Гектор смотрел на меня в темноте подъезда, с перевязанным плечом, живой. Я смотрела на него и думала о том, что час назад, когда сигнала не было и внутри все сжималось, это было в новинку. Страх за человека, которого не хочешь потерять.
Раньше я знала только страх за Лотту. Теперь я узнала другой страх. Не лучше и не хуже. Просто другой. Тоже мой.
Глава 23
*Гектор*
Безопасное место было квартирой на третьем этаже в доме, который никто не проверял уже два года.
Я снял ее еще вначале на случай, если что-то пойдет не так и понадобится точка, где можно залечь без следов. Хозяин жил в другом городе, платежи шли через подставной счет, ключ лежал под плиткой у второй ступени. Стандартная схема для нестандартных ситуаций.
Нора вела машину, я сидел рядом и держал плечо. Сказал адрес, она не переспросила, запомнила с первого раза, как всегда. Ехала быстро, но без спешки, я помогал выбирать маршрут без камер.
В квартире было холодно, давно не топили. Нора нашла термостат раньше, чем я успел сказать, где он. Прошла по комнатам быстро, оценивающе, так же, как я делаю в новом месте: выходы, окна, углы обзора. Потом вернулась ко мне.
– Садись.
Сел на диван, она принесла аптечку, которую взяла из лесного дома, поставила рядом, села напротив.
– Пальто.
Медленнее, чем обычно, снял пальто, плечо отзывалось при каждом движении. Нора помогла с рукавом, аккуратно, не потянула лишний раз. Рубашка была темная, влажная, кровь успела впитаться.
Она осматривала молча. Я смотрел на нее.
Лицо сосредоточенное, без лишних эмоций, та же Нора, что сидела над ноутбуком и просчитывала схемы. Точная, методичная, без суеты. Только руки работали немного иначе, чем когда она держала клавиатуру, более осторожно.
– Чисто, – сказала она. – Глубокий, но мышца не задета. Видела хуже.
– Когда успела?
Она подняла взгляд – коротко, вернулась к работе.
– У меня была жизнь до всего этого, – сказала ровно.
Не продолжал, она обрабатывала рану, перевязывала, движения точные и уверенные. Я сидел и позволял. Вот это было странным, не боль, боль привычная, я умею ее не замечать. Странным было другое.
Я позволял.
Обычно после задания я сам. Всегда сам. Находил тихое место, обрабатывал рану, ждал, пока пройдет. Никого рядом, никакой помощи, которую нужно принимать. Так проще, не нужно думать о том, что кто-то видит тебя уязвимым, не нужно контролировать, как выглядишь в чужих глазах.