— И вообще, мало ли, вдруг и здесь просто мясо испортилось, вот мы и спасемся от поноса. Не то, что некоторые.
— Это ты к чему? — зло прищурился один из академиков.
— К осторожности, — делает удивленные глаза Динис.
— Погоди ты. А почему плетение составное делали? Это же прием для усиления, в основном защитных чар? — осаживает товарища другой студент.
— Ты же вроде с кафедры боевиков? Запомни, академик, что тебе ребята из провинции говорят. Тренироваться никогда не вредно!
И Динис, чья мать получила в награду особняк в серебряном круге столицы, где он провел все детство и часть юности, жизнерадостно заржал. До драки, правда, академики не опустились. Или не снизошли?
Так что Рино, владеющий только первой ступенью силы, заслуживает уважения. Он, в отличие от тех студентов, эмоции ничем, кроме вскинутых бровей, не выдал. Как и интендант. Но тот уже в возрасте: небось и не таких мнительных, как я, видел. Так что даже и бровью не повел. Надо потом поинтересоваться невзначай, почему ему за сорок уже, а из лейтенантов не вырос.
«Все хорошее когда-нибудь кончается», — с грустью подумал я, глядя на пустые тарелки. — «И начинается плохое», — добавил, поднимаясь из-за стола. Плохое ждало меня в башне, а именно гордый потомок родового имени ра Редок. Надеюсь, долго приставку к имени он не проносит и будет зарабатывать ее лично, а это ой как тяжело оступившимся. Так вот, он тоже не лучился радостью при виде меня. Ну, еще бы: выходец из простых работяг, за два года пробежавший галопом по основам магии, сорвал куш благородному ему, шесть лет изучавшему искусство магии. «Вот только», — злорадно подумал я: — «У меня не за горами подчинение плетений мастера, а ты все еще бакалавр». А вообще, разительный контраст с Динисом ра Чалом. Может его предки из тех, кого приставка делала дворянином, когда они все были пожизненные и титул не могли отобрать? Вот и воспитывали наследничка по своему пониманию?
Долго терпеть его общество было выше моих сил. И я на полную мощь пользовался, доступной мне силой. Нырял в магический план в трансе Сах и, протянув щупальца силы, за секунды реального времени проверял содержимое шкафов. Возвращался и сверялся с реестром. Несколько раз Дорку пришлось писать мне рапорта о причинах списания того-то и того-то. Я их аккуратно вкладывал в папочку. Таким способом мы еще до обеда прошерстили всю башню по реестру. Так как я дела принимал первый раз, то решил, что на этом все, если какие-то тонкости в этом процессе упустил, то уже ничего не сделаешь. Это мне наука на будущее. Но уж самые дорогие вещи точно вернулись на место.