Напротив стоял наш строй, в пять рядов, почти в два раза превышающий числом. Все солдаты гарнизона сейчас здесь, даже едва вышедшие из рук Велиры. Более того, большая часть пятого ряда — это давно отслужившие мужчины и самые способные из поселковой молодежи. Вот только все они идут в бой, полагаясь лишь на своё мастерство владения оружием и чувство локтя соседа. Не прикрытые ни щитами магов, ни аурой безмагии, надеясь в бою лишь на хрупкие амулеты. И над нами словно сгущались тучи, накрывая тенями лица солдат. Казалось, мир замер в шатком равновесии.

Я едва сдерживал себя, готовый в любой миг оживить голема. Вот только мне не нужен любой. Мне нужен тот единственный, когда у меня будет шанс нанести безупречный удар. Я видел, куда будет он направлен, зря тёмные маги стали плотной группой, отдалившись от Рыцарей. Зря. И ждал, ждал…

Лишь в последнее мгновение, перед согласованным ударом тёмных, в миг, когда все их внимание оказалось направлено на нас, мой голем атаковал. Превратившись из груды безжизненных булыжников в могучего бойца, пропитанного магией. Невероятный, почти невозможный, прыжок трёхметрового великана — и он, разметав жидкий тыловой заслон из десятка солдат, стоящий у него на пути, раскинул руки и, уже рассыпаясь на куски под атакующими заклинаниями, врезался в темных магов.

— Залп! — разнёсся над нашим строем дикий крик Рино.

По дрогнувшим тёмным, с которых спали цепи контроля, оставив бойцов в одиночестве перед нашими рядами, словно лэр-косарь прошёлся. Не прикрытых более защитным заклинанием своего мага, их не могли спасти простые щиты и доспехи от залпа лучников с моими разгонными амулетами. Первый ряд полёг, как зрелые колосья под незримым лезвием заклинания Жатвы. Ещё через мгновение центр вражеского строя перестал существовать, вбитый в землю упавшей с башен цитадели смертью. Пусть на тех полиболах стояли в большинстве бывшие шахтёры, но умения и сил защитить свой дом им хватило сполна. Растерянность темных обратилась в панику, перед лицом почти мгновенной гибели половины отряда. Без цепей магии разума они — всего лишь люди, пусть и прошедшие годы тренировок. А мы, подчиняясь новой команде, уже бежали к уцелевшим, ощетинясь смертью на кончиках копий.

Бежал и я, потому как знал, что голем не смог убить всех магов. Двое, а то и трое, стоявших по краям группы, уцелели. Сбитые с ног, раненые, ошеломлённые, они дали нам возможность победить. Нельзя дать им ни шанса повернуть всё спять. «Добить! Добить!» — только эта мысль билась у меня в голове.

Я накрыл несколькими Конфликтами место гибели своего голема, гася слабые огоньки жизни, перемалывая хрупкую плоть тел и прочный камень его останков в единую кровавую кашу с кусками металла в ней. Но обрадоваться успеху не успел. На нашем правом фланге внезапно образовалась куча мала из упавших воинов. А один из темных огоньков, на висящей в моем разуме Сети, ярко вспыхнул. Мне потребовался лишь миг, чтобы повторить свою атаку по выжившему и оказавшемуся гораздо левее, чем ожидалось, Инквизитору. Я добил всех темных, оказавшихся вокруг него и вне защиты Рыцаря. Зря он начал с атаки, лучше бы сначала защитил себя. Парадные регалии плохо спасают от боевых заклинаний, если они не превращены в артефакты.