Один из них зацепил последнюю, самую хитрую из моих растяжек. Но она была соединена не с гранатой. Она была соединена с сигнальной ракетой, которая, взлетев, на мгновение ослепила и оглушила всю группу.

И это было то, чего я ждал. Поймал их в прицел своей винтовки с примитивным оптическим прицелом, который я собрал из двух линз и куска трубы. Я не стал целиться в кого-то конкретно. Моя цель была на скале, над их головами. Небольшой, почти незаметный выступ, под которым я лично заложил один из самых мощных фугасов. Палец плавно нажал на спуск. Выстрел, отдача ударила в плечо. Пуля врезалась в скалу точно там, где я и целился.

Взрыв был не громким, а каким-то глухим, внутренним. Скальный карниз, подрезанный изнутри, на мгновение замер, а потом с нарастающим гулом начал валиться вниз. Сотни тонн камня, земли и вековых сосен обрушились на отряд эльфов, превращая их в кровавый фарш и обломки скал.

Когда пыль осела, на месте эльфов была лишь груда камней, из-под которой торчали раздробленные конечности и обломки оружия. Наступила тишина, даже стрельба на мгновение стихла. Все, и мои солдаты, и уцелевшие эльфы, в ужасе смотрели на дело рук моих. Я опустил винтовку, из ствола которой ещё вился тонкий дымок.

Уцелевшие эльфы замерли. Они боялись сделать хоть шаг в этом проклятом ущелье, смотрели на склоны, на тропу, на скалы, и видели повсюду смерть. А караван моей жены, под прикрытием этого хаоса, уже скрылся за дальним поворотом ущелья, уходя всё дальше в безопасность. Мой план сработал, но я знал, что это ещё не конец. Главный зверь был ещё жив и сейчас он был очень, очень зол.

Я видел в подзорную трубу Малкиора. Он стоял посреди этого хаоса, и его лицо, до этого выражавшее лишь холодное высокомерие, было искажено гримасой чистой, незамутнённой ненависти. Он смотрел не на своих павших воинов. Он смотрел наверх, на склоны, пытаясь найти меня.

Караван Элизабет уже скрылся за последним поворотом ущелья. Они были в безопасности. Первая часть моей задачи была выполнена. Теперь нужно было закончить вторую.

Я медленно поднялся во весь рост. Вышел из своего укрытия прямо на край уступа, на открытое, прекрасно простреливаемое место. Рядом со мной, как верный пёс, лежал мой рупор.

— Малкиор! — мой голос, усиленный руной, ударил по ущелью, как удар молота. Он отразился от скал, заставив эльфов вздрогнуть и поднять головы. — Призрачный Клинок! Я смотрю на тебя, и мне смешно!

Я видел, как он резко развернулся в мою сторону, его глаза сузились, пытаясь разглядеть меня на фоне серых скал.