— И что же он нашёл? — с любопытством спросил Черноярский и вытерся платком.

— Семена, которые сдал на продажу ваш сын, плодоносят сосной, и не просто плодоносят, а по десять раз, можете себе такое представить? Вырастают буквально за день. Добротная ровная древесина без сучьев. Срубил и жди следующую… Пока императорские не пронюхали, есть шанс заработать. Один ствол сейчас османы берут по триста рублей, следовательно, три тысячи за семя. Мой человек списал уже сотню как брак. Нам он отдаст сие добро за пятьдесят тысяч целковых. Если хочешь участвовать в этом празднике жизни — с тебя тридцать.

— Это почему же тридцать? — нахмурился барон. — Давай половину!

— Тут всё справедливо, Денис Юрьевич, пять тысяч за мои услуги.

— За парочку-то контактов? Жирно будет.

— Как хочешь, — пожал плечами Аркадий Терентьевич. — Не ты так Смольницкий согласится, дело выгодное. Ты ж мне как брат, понимаешь? Но надо торопиться, м-да, — вставил драматическую паузу Рындин.

— Думаешь, засекретят? — с тоской спросил Черноярский, у него сейчас не было лишних денег, почти всё вложено в хозяйство.

Кому-кому, а Смольницкому уступать такое предложение — смерти подобно. Этот семейный клан в союзе с двумя другими баронами уже давно угрожал феоду Черноярских. Их сдерживал лишь Рындин, под крыло которого спрятался Денис Юрьевич в попытке выжить. Таким образом, всё Ростовское графство было поделено на две противоборствующие силы.

— Такое долго не скроешь. Кто-нибудь из витязей догадается не продавать семена и тогда… Прикроют лавочку, — вздохнул Аркадий, стряхивая в пепельницу серую «колбаску» пепла.

— Мне надо подумать, — чуть ли взмолился Черноярский, но взгляд Рындина из дружелюбного резко стал морозным.

— А тут нечего думать, мон шер. Двести пятьдесят тысяч на двоих с плёвой сделки и я ещё должен тебя уговаривать? Или ты не уважаешь нашу с тобой дружбу?

— Полноте, Аркадий Терентьевич, просто тут много чего навалилось… Я… — он увидел, как по лицу Рындина на секунду скользнуло презрительно-покровительственное выражение, и это заставило его тут же ответить. — Да, я согласен, согласен — достану деньги.

— Завтра в десять вечера крайний срок. Не принесёшь, барон, пеняй на себя. Я ж знаю, твой сын хорошо поживился в последнюю неделю, незачем прибедняться. Состриг с него свои пени и притаился? Что, раскусил я тебя, а? Смотри, Денис Юрьевич, не шути так со мной, — снова тепло поддел Рындин и потряс пальцем в сторону барона, а тот выдавил из себя слабенькую дурацкую улыбочку.

Итак, я в общей сложности оттарабанил одиннадцать экспедиций. Большую часть из них вместе с новым помощником Нобу. Мечник оказался тем ещё трудягой и безропотно выдержал мой высокий темп.