— Господин Владимир, простите, что обременяю вас расходами. Мне стыдно, что вы потратили на меня такую большую сумму.

— Прекрати, это моя обязанность. Ты подчиняешься, а я забочусь, чтобы ты ни в чëм не нуждался.

— Мой император, — Нобу в порыве благодарности опустился на одно колено прямо на рынке, чем вызвал любопытные взгляды.

— Что ты делаешь? Встань, — я взял его под локоть и поднял. — Это сейчас ни к чему, больше так не делай. Лучше скажи, чем ещё я могу помочь? Есть какие-то просьбы?

Нобу немного задумался и кивнул.

— Просьба есть.

Я жестом показал, что слушаю.

— Хочу на турнир. Глаза больше не болеют. Надо победить.

— Погоди, а неплохая идея, обязательно сходим, — демонстрация навыков Нобуёси заявит и обо мне, это хороший повод завязать с кем-нибудь из дворян знакомство.

Себе я взял несколько комплектов одежды: для повседневности и тренировок, для деловых встреч и для знатных приёмов. В последнем случае в ателье с меня сняли мерки и обещали доставить костюм в родовое поместье. Также я купил и себе, и Нобуёси кожаный лёгкий доспех, отличную пару прочных сапог, штаны, пояс и всякие мелочи для комфортной охоты в Межмирье.

В общей сложности мы потратили пять тысяч. Зато теперь никто не скажет, что Черноярский ходит в рванье. Марку тоже надо держать, чтобы привлекать на свою сторону опытных воинов. Идут туда, где пахнет силой, властью и деньгами. Поэтому я не скупился на траты.

Спустя три дня. Ростовское графство, поместье барона Рындина.

— Денис Юрьевич, ну а что же вы не хвастаетесь своим отпрыском, а? Молчите весь день как партизан, слова из вас не вытянешь.

Лицо барона Черноярского неприязненно дёрнулось, уши покраснели. Несмотря на попытки в безразличие, от благородного соседа не ускользнула эта заминка. Рындин сколотил своё состояние не мечом, а торговлей и хитростью. Он отлично разбирался в людях: знал, сколько и кому дать на лапу, когда нужно заключать союз, а когда уходить от ослабшего «друга».

— А что про него говорить? Шатается с каким-то басурманином, будь он неладен. Наплёл девкам с три короба, они и боятся теперь даже еду приносить…

— В смысле приносить? — Рындин поставил бокал с вином на столик, приятный ветерок с веранды стал хорошим дополнением к их совместному обеду. — Разве он не делит с вами трапезу?

Черноярский понял, что сморозил глупость, и поспешил исправиться.

— Да кто его разберёт? Привык к своей деревне по углам кишкоблудить… С роднёй по-человечески не хочет за столом сидеть, заперся у себя в сарае бирюком. Матери перечит, в доме жить не хочет, всё ему не так…