Глава 3
Страница 17 из 180
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 3

Страница 17

— Механизм всё ещё работает, — заметил государь с явным удовольствием, наблюдая, как крошечная птица медленно складывает крылья. — Спустя больше, чем век…

Он закрыл яйцо и аккуратно вернул его в ящичек.

— Ваш Дом никогда не создавал просто драгоценности, — сказал он тихо. — Он создавал тайны.

Повисла короткая пауза. Сюй воспользовался ею и сделал глоток чая, чтобы промочить горло.

— Поэтому, — продолжил государь, — я не хочу заказывать у вас просто украшения. Я хочу доверить вам создать историю.

По его знаку Мэн Чжисян поднялся и коротко хлопнул в ладоши. Дверь в боковой стене приоткрылась, и двое слуг внесли в комнату пять продолговатых лакированных футляров, разместив их на низком столике перед государем с почти что хирургической аккуратностью.

— Китай живёт благодаря пяти вечным началам, — произнёс государь, обводя взглядом футляры перед собой. — Они не существуют отдельно друг от друга. Каждое рождает следующее. Каждое ограничивает другое. Пока сохраняется равновесие между ними — существует Поднебесная.

Он сам открыл первый футляр.

Внутри на тёмном бархате лежал крупный необработанный алмаз глубокого тёмно-жёлтого оттенка и удивительной чистоты — я невольно прикинул его вес на глаз и присвистнул бы, не будь мы сейчас в кабинете самого императора.

— Стихия воздуха, — произнёс Сюй вслед за государем, когда тот коснулся камня кончиками пальцев. — Его золотистое сияние напоминает солнечный свет, пронизывающий небо.

Второй футляр открылся, явив сапфир невероятной чистоты и глубокого синего оттенка, словно в камне застыла сама морская пучина.

— Вода.

В третьем лежал изумруд насыщенного травянистого зелёного цвета — по одному только виду камня я мог сказать, что подобная чистота встречается едва ли раз в поколение.

— Земля.

В чертвёртом футляре оказался рубин цвета легендарной «голубиной крови», о которой ювелиры обычно говорят с придыханием, а видят её живьём считаные разы за карьеру.

— Огонь.

Последний футляр оказался длиннее остальных, и вместо камня в нём лежал скромный, ничем не примечательный на первый взгляд фрагмент старой древесины — с сохранившимися следами коры, неровный и тёмный.

— Дерево хуанхуали, — пояснил государь через Сюя, бережно поднимая фрагмент двумя руками. — Многие за пределами Китая говорят лишь о четырёх стихиях. Но дерево — это жизнь, рост и обновление. Без него остальные силы становятся бесплодными.

Сюй, стоявший чуть позади нас, тихо наклонился и добавил вполголоса, специально для нас с отцом:

— Это хуанхуали, знаменитый хайнаньский жёлтый сандал. Одна из самых ценных пород древесины в традиционной культуре, наравне с цзытаном, из которого сделан рабочий стол государя. Из хуанхуали изготавливали мебель для императорских дворцов эпох Мин и ранней Цин, ритуальные предметы, вещи для членов императорской семьи. Это дерево ценят не только за редкость, но и за тёплый золотисто-медовый цвет, тонкий аромат, удивительную стабильность и выразительный природный рисунок волокон. При этом необработанный фрагмент выглядит настолько скромно, что непосвящённый человек примет его за обычную деревяшку. Лишь истинный мастер сразу распознает в нём один из редчайших материалов на земле…

назадназад
1 ... 15 16 17 18 19 ... 180
впередвперед