Минут через тридцать, после того как уселись за стол, по дороге проскочили грузовик, «Водник» и «бардак» из тех, что взяли в свое время в Муроме, на тепловозном заводе, — уехали эсбэшники, трофейную броню им дали на усиление, на всякий случай. Циммерман облегченно вздохнул и мысленно перекрестился. «Баба с возу — кобыле легче», — произнес он про себя.
А вот случившееся дальше его уже озадачило. На короткую связь вышел Шилов:
— Циммер, слышь… — сказал он, — ты будешь смеяться, но у радистов перехват записан.
— И чего?
— Кто-то вышел на связь с хлебозаводом и дал команду неким «своим» отходить в Нижний.
— Направление на сигнал есть? — насторожился Циммерман.
— Естественно. С северо-востока сигнал пришел, с бандитской территории.
— И что?
— И этот самый «кто-то» обматерил девку на связи с другой стороны, что дисциплину связи не соблюдает, хлебозавод своим именем назвала.
— Еще информация есть?
— Разумеется. Тот, кто командовал, намерен соединиться со «своими», подойдя к Нижнему по другой стороне реки.
Циммерман задумался. Сильно задумался, до головной боли, зубами даже заскрипел. Затем он сказал:
— На командира с докладом пока не лезь, все может туфтой оказаться. Идеи есть, откуда он полезет на другой берег?
— Думаю, что по плотине.
— Он и вплавь может, забыл?
— Может. Но зачем ему? Если он идет уже из города и задачу выполнил, то знает, что плотина безопасна. И если не знает, то почти наверняка разведать решит. Если нас не обнаружит, то поедет по ней, зачем ему самому себе трудности искать?
— Логично. Готовь засаду.
— «Черных» возвращать?
— Да пошли они, только завалят дело. Пусть катятся.
Он поднял глаза на слушающих с любопытством разговор и спросил, обращаясь к Сидельникову:
— Поможете захват организовать? Аккуратный, чтобы без стрельбы и членовредительства?
— Кого? — коротко спросил тот.
— Да поедет через вас отрядик небольшой. Так нормальные ребята, только резкие, как понос. Если не поймут шутки, то могут в бутылку полезть.
— Для проверки остановятся? — уточнил собровец.
— Вот и я о том, — удовлетворенно кивнул Циммер. — Остановятся обязательно, это не банда. Командиры наши их зачем-то хотят, аж кушать не могут.
31 мая, вторник, утро
Нормально поговорить с Салеевым удалось только сегодня с утра, все время что-то мешало. Разговор вышел сложным, но к этому Пасечник был готов. Скрывать то, что он копает под друга детства бывшего десантника, было нельзя, следовало говорить правду. Самому Пасечнику к сложным разговорам было не привыкать, и главную проблему он в таких случаях старался превратить в главный же аргумент: