— Вне всякого сомнения, они существуют.

— Да неужели? — доктор подпер щеку ладонью. — И где же их искать?

Так и подмывало ляпнуть: да вот же один перед тобой!

— В безграничной Вселенной. Если допустить, что Вселенная на самом деле не имеет конца, значит, в ней нет ни одного объекта в единственном числе. И где-то далеко-далеко находится планета, очень похожая на нашу. И там тоже живут люди. Ведь бесконечность обязана повторяться.

Аргра потер подбородок и что-то записал.

— Знаете, Джен — у вас необычный склад ума. Весьма и весьма необычный. Но вы однозначно вменяемы. Пройдемте в канцелярию, выпишу вам справку.

— Сосед! — радостно воскликнул Асп, когда меня затолкали в камеру. — Я уж думал, тебя повесили!

— Не надейся, — я завалился на нары и сладко потянулся.

— Где был так долго?

— В психушке.

— Экспертиза? И как?

— К суду годен. А как еще? Им крайне невыгодно, чтобы я оказался дурачком.

Дальше началась очередная тягомотина. Дни тянулись за днями. Я старательно считал их, делая засечки на нарах кончиком ложки. Ничего особенного не происходило. Правда, один раз меня вызвал к себе Хэнс и заставил написать отвод адвокату более официально.

Через четверо суток в гости заглянула Кирра. Помимо лекарства и сладостей она принесла вырезку из газеты. В статье значилось, что богомерзкому любителю эльфов удалось добиться отмены приказа о наказании родителей эльфов из Шестого округа. Я немного взгрустнул от этой новости. Нет, я был рад за жителей резервации, просто хотел и себе такого же защитника. Уж он-то не заставил бы давать признательные показания и идти на сделку.

Еще через неделю меня наконец-то вызвали к следователю.

В кабинете помимо Хэнса сидел человек средних лет в черном длиннополом пиджаке, клетчатых брюках и белой сорочке с галстуком-бабочкой. На столе перед ним лежал невысокий цилиндр и кожаный портфель.

Незнакомец носил аккуратно подстриженную бородку от уха до уха. Впалые щеки и шея гладко выбриты. Несмотря на далеко не юный возраст, волосы у посетителя оставались иссиня-черными, без единого следа седины. Густые пряди зачесаны назад, на высоком лбу оставалось нечто вроде крохотного чубчика. У нас про такое говорят — корова лизнула.

Еще посетитель мог похвастаться разноцветными глазами. Левый — карий, правый — ярко-зеленый. Кажется, это называется гетерохромия. Между прочим — признак гения по версии всяких шарлатанов. Но с первого взгляда человек производил впечатление большого умника. Настороженный взгляд, чуть приподнятые уголки тонких бледных губ, горделивая осанка. И, что называется, печать мудрости на угрюмом челе.