Дед козырнул и поковылял к дому. А народ уже возвращался. У многих на плечах висели целые связки ружей и винтовок. Наиболее запасливыми оказались пожилые жители. Что подарить на юбилей? Ствол. Чем наградить за выслугу лет? Стволом. Какой лучший трофей с дохлого орка? Опять же ствол. За долгую жизнь у многих накопились целые арсеналы.

Ворота вновь заскрипели. По улице к перекрестку двинулись нестройные колонны рабов с хозяевами во главе. Что и говорить — землевладельцы тут оказались на удивление адекватны. Никто не тащил с собой скарб — все явились налегке и очень быстро.

Эльфы остались на улице, хозяева подошли к ратуше. Все в привычных пыльниках и шляпах, никакой вычурности и роскоши в одежде.

— Меня зовут Даган, если кто не знает, — буркнул кряжистый мужчина с седой бородой. — И я требую объясниться, какого черта тут происходит?

— Мое имя — Джен Авелин, если не признали, — язвительно ответил я. — У нас тут планируется крупнейший орочий набег за последние не знаю сколько лет. Тысяча разбойников движется на Дэрси.

— Тысяча⁈ — гаркнул бородач. — Вот же уроды. Собрались все-таки.

— И как мы будем обороняться? — хмыкнул незнакомый мне тайр с густыми бакенбардами и черной шевелюрой. Я заочно окрестил его Росомахой. — Тут с большинства пыль сыплется.

— Отчего же? — я скрестил руки на груди. — По моим подсчетам, можно поставить под ружье почти девять сотен молодых воинов в отличной форме.

Тайры переглянулись. Росомаха начал загибать пальцы и бормотать под нос. Даган опередил его:

— Девятьсот никак не получается. Три сотни парней и женщин, плюс нас шестеро. Ну, еще вот та прелестная леди, что стоит рядом с вами. Откуда такие числа?

— Вы забыли про них, — я указал рукой на эльфов.

Мое представление о настроении в южных Округах сильно пошатнулось. Возможно, я неправильно понял слова Абеля. Думал, что здесь ненавидят рабство и стремятся его уничтожить, но все оказалось несколько иначе.

Да, рабство как институт здесь не любили. Но эльфов отнюдь не считали друзьями. К ним относились очень настороженно, ни о каком доверии и речи быть не могло.

После моей фразы поднялся такой гвалт, что заглушил звон набата. Даже выстрелы Тэн тонули в нем. Люди орали, грозили мне кулаками. Один раз над головой пролетел камень и едва не задел шляпу. Я ожидал, что идею воспримут с радостью и энтузиазмом. Но все оказалось иначе. Более того — я не нашел поддержки даже среди рабов.

— А ну заткнулись все! — крикнул бионин.

Куда там. Все так и послушались, ага. Тишина наступила минут через десять, когда у большинства заболели глотки.