— У меня просто кончилось терпение, — вздохнул я, оглядывая подвальное помещение с зачарованным хриобальдом, исписанное тысячами символов, — Мы просто пытаемся жить спокойно и счастливо, а нам постоянно не дают. Да-да, я сам виноват с этим Хорнисом, но как будто бы у меня был выбор, Шайн.

— «…я верю в тебя!», — помолчав, неожиданно заявил кот аж на два голоса.

Я чуть не поперхнулся.

— Это ты с чего⁈

— «Хочу быть драконом»

А, вот оно что. Вот за что он встал на мою сторону. Ну хорошо, хоть кто-то, хоть как-то.

— «Джо…?»

— А?

— «У меня тут есть идея…»

Интерлюдия

— Я подозреваю, что в этой комнате есть предатель, — негромкий голос древнего эльфа наполнил небольшой, но очень уютный зал с жарко горящим камином, — но не могу понять мотивацию этого существа. Кто из вас, господа, будет добр признаться в содеянном?

Находящиеся в помещении разумные переглянулись. В их взглядах не было недоумения, опаски или замешательства. Озвученный вывод, изложенный Хорнисом лон Элебалом, буквально напрашивался, но… мотивация. Её ни у кого из присутствующих не было. Это и решил озвучить статный мужчина, смотревший прямо в пламя камина. В его шевелюре густо серебрилась седина, а на лице стыла маска сосредоточенности и легкой скорби.

— Нет никаких предателей, уважаемый Хорнис лон Элебал, — мягко и непреклонно произнес Боливиус Вирт, ректор Школы Магии, поворачиваясь к остальным лицом, — Есть лишь недооценка. Серьезнейшая недооценка моего ученика, которую допустили что вы, что Вермиллион.

— Вы уверены в своих словах? — эльфийский мудрец выразил легкий скептицизм, — Недооценка двадцатичетырехлетнего волшебника?

— Недооценка мошенника с несколькими сотнями лет богатейшего опыта, — внезапно уронил четырехликий серый призрак, возвышающийся неподалеку от сидящего эльфа, — Если у вас есть иные версии, как можно объяснить то, что мы сидим в этой комнате, отнюдь не празднуя победу, то давайте их услышим.

— Только одна, — голос лон Элебала потяжелел, наполнившись металлом, — Лючия. Она его предупредила.

Собравшиеся переглянулись, наполняя атмосферу тяжелыми, сдержанными, преисполненными мужской солидарности вздохами. Женщины. Да, Лючия, бесспорно, была в гневе на своего избранника, не отвечавшего ей достаточной долей взаимности, но… Женщина же.

— Да, мать могла… — глубокомысленно пробормотал второй эльф, сидящий за столом, но тут же встрепенулся, — … предупредить. Но это максимум, что она для него сделает. В этом я уверен.

— Поддерживаю, — тут же кивнул бывший архимаг, а ныне самый новый бог этого мира, — Однако, вкупе с моим провалом, это ставит нас в крайне затруднительную ситуацию.