— РАЗОРВИТЕ И ПОЖРИТЕ ИХ, ДЕТИ МОИ! — величаво прогрохотала летающая гора цвета детской неожиданности, продолжая своё неторопливое движение, — СМЕРТЬ ВРАГАМ РОДА ДРАКОНОВ!
…и вот тут-то я увидел, что крылья этой невменяемой рептильной ипохондрии скрывали от нас отнюдь не только солнце, а еще такую мелочь, вроде трех десятков других драконов…
…поменьше и… побыстрее…
— Беги, Шайн! Беги!!! — заорал не своим голосом я, не чувствующий уже ни рук, ни ног, да и ничего, кроме бешеного стука сердца.
Лунный кот, надо сказать, впервые в жизни сделал то, чего я от него никогда не ожидал — он не подвел. Обернувшись на секунду, Шайн выхрипнул нечто матерное, а затем, подняв нас несколькими мощными взмахами крыльев чуть выше в воздух, заложил крутую дугу, попутно растопыривая хвост на все восемь щупалец, каждое из которых исторгло заклинание, выдавшее облако густого фиолетового газа. Затем, как-то хитро сложив крылья, дракон чуть ли не упал до самых верхушек деревьев, умудрившись в последний момент растопырить крылья с хрустом и щелчками. Взвыв от боли, от понес нас на устрашающей скорости вдаль под визг продолжающих орать женщин.
Бросив взгляд на удерживаемых дам, я понял причину их бесконечного визга, уже ставшего фоном для нашей непростой жизни — каждую я держал лицом назад, так что они обе наслаждались зрелищем на полную. Самого тоже прошибло удивление, прорвавшееся даже через весь адреналин — если в правой руке я удерживал прекрасно мне известную изящную задницу Наталис Син Сауреаль, то вот в левой у меня трепыхалась не менее знакомая жопа, бывшая куда пышнее. Принадлежала же она самой Саломее Дитрих Ассоль ди Кастроидес, бывшей верховной жрице Лючии.
— Какого хрена…? — только и прохрипел я, как внезапно заорал пыхтящий как трактор Шайн:
— Джо! Они сквозь дым пролетают⁈ Пролетают⁈
— А? Что? — до меня не сразу дошло, но, бросив взгляд на преследующую нас стаю, выполнившую тот же маневр, что и мой фамильяр, но куда плавнее и мягче, я подтвердил, — Да! Насквозь проходят! А что?
Драконы, продолжая лететь стаей, действительно пронзали своими телами туманную завесу, которую поставил Лунный кот. Один за другим они довольно быстро пронзали её собой, выходя точно нам в тыл. Гребаный парад…
— Хорошо… — как-то жалко всхлипнул наш несун, а затем закашлялся. Перестав отплевываться, Шайн повернул ко мне свою зубастую хлеборезку, и прохрипел, — Значит, еще поживем…
— Тебе не скрыться от нас, жалкая тварь!
— Мы знаем твой запах! Твой и твоего отродья! Вам некуда деваться!
— Мы следим за тобой, ничтожество!!