[Внимание. Фиксация аномальной активности. Замечен неопознанный дух-хищник с внутренней стороны Стены. «Дух Несокрушимого Камня» используется в качестве приманки.]
Липкий холод скользнул вдоль позвоночника и скрутил желудок тугим узлом. Воздух на чердаке внезапно показался слишком густым для вдоха. До меня наконец дошло. Прямо сейчас по эту сторону кирпичной кладки уже шла чужая охота. Неизвестная тварь держала нужного мне духа на крючке, выжидая крупную добычу. И без того запредельно сложная ловля духа, под прицелом у бюрократии Магистрата, только что превратилась в смертельную рыбалку, где за другой конец лески держит невидимый хищник.
Я продолжал удерживать «тёмную комнату», наблюдая, как багровое пятно Духа Несокрушимого Камня пульсировало на внутренней стороне Внешней Стены. Время от времени дух пугался, начинал резко метаться вдоль стального щита и вновь прятался на другой стороне Стены. В такие моменты я погружался в максимальную концентрацию, и мой взгляд раз за разом скользил по мутному фону Хмари за Внешней Стеной, пытаясь выцепить хоть малейшее движение, хоть один намек на затаившегося хищника.
Ничего. Только густая серая пелена от долгого вглядывания, от которой начинают слезиться глаза.
На самой Внешней Стене тоже всё оставалось без изменений. Ничего подозрительного, что могло бы дать хоть какой-то намек, чего именно пугается дух.
— Нет, всё же пора закругляться, — выдохнул я, разминая плечи.
Если хищник залег в засаде и слился с местностью, можно хоть до слепоты вглядываться, а зверя ты не увидишь до самого момента броска. Тварь, охотящаяся на духа, играла по тем же правилам. Раз за всё это время я не обнаружил ни единой зацепки, прятаться она умела.
Ситуация была мне вполне знакома. В прошлой жизни мне не раз доводилось выслеживать камышового кота у птичьих гнездовий. И если уж умный хищник выбрал засидку, он сливался с ландшафтом и мог не шевелиться сутками. У меня же столько времени не было.
С момента начала наблюдения незаметно прошел час, а затем и второй. Воздух внутри заброшенной голубятни начал густеть, когда солнце раскалило черепицу над моей головой, превращаясь в сухое марево. Капля пота медленно скатилась по виску и защекотала кожу на шее.
Теперь точно всё. Ждать дальше не имело смысла.
Тратить драгоценное время и ждать непонятно чего было для меня непозволительной роскошью. Я моргнул, осторожно выходя из «тёмной комнаты». После долгого использования глаза наверняка раскраснелись. В любом случае, ощущение засыпанного песка имело место быть. Золотистая решётка маны растаяла, возвращая в мир привычные краски.