Вытащить Тень из насиженного места поможет только руна Тисков. Две идеально ровные параллельные черты. И одно дело резать податливую сосну… и совсем другое, сталь щита, который не всякая стрела взять сможет.

Так ведь мало того, выцарапать нужный узор на кованой стали нужно было тихо и быстро! Всё это вместе казалось задачей практически невыполнимой.

— Ладно, рано сдаваться. Система ещё не давала невыполнимых заданий, вот и выполню, заодно…

Потребуется особый резец, тверже самого металла щита. Оставалось надеяться, что у Велеса в лавке такие имелись, потому что до этого момента я ни разу не видел, чтобы мастер работал по настоящему металлу. Железная лиственница не в счёт, это всё же немного другое.

— Так, что тут у нас…

Справочник Системы выдал новые знания вместе с ростом моего Восприятия, но я был слишком занят, чтобы заниматься чтением. Пришло время наконец-то это исправить.

— Хмм… Стоит Тискам сработать, Тень оторвется от металла, — прочитал я вслух свой личный журнал натуралиста. — Лишенный Якоря дух Тени на краткий миг скатится до состояния обычного Эха. Он запаникует, обретет подвижность и рванет искать новый кусок камня или стали…

Я отвлекся от чтения и ещё раз взглянул в сторону стены, прямо на кляксу Духа Несокрушимого Камня. Похоже, это и правда будет ловля духа, сложностью в семь золотых.

У меня будет ровно один шанс подставить свой дубовый Колодец. Или заранее выстелить Тропу, перехватывая добычу в момент контузии Духа от потери дома. Малейшая заминка заставит духа очнуться и сбежать. Значит, работать придется в идеальное окно.

Я устроился поудобнее, игнорируя затекшие икры, и принялся высчитывать ритм. Шаги патрульных отмеряли минуты. Багровое пятно Тени периодически сжималось и смещалось к внешнему краю парапета. По логике вещей дух отправлялся кормиться фоновой Хмарью, сочащейся с пустошей. Но, что-то тут казалось неправильным.

Я присмотрелся к багровой пульсации внимательнее и моя внутренняя чуйка забила тревогу. Сытый дух двигается плавно, лениво переваривая ману. А этот дух дергался. Сгусток сплющивался, лихорадочно дрожал мелкими иглами и иногда пугался настолько, что сбегал на внешнюю сторону Стены. После чего всё равно тянулся обратно, к своему Якорю, пока не пугался вновь.

Я узнавал эту повадку. Так ведет себя выпь в камышах, почуяв близкую лисицу.

Дух Камня жался к внешней стороне Стены не ради подпитки, на прятался от чего-то с этой стороны.

Золотистый шрифт Системы перед глазами мигнул, и каллиграфические буквы треснули, осыпались искрами и сменились агрессивным багровым текстом.