– Постой. – Рэм неожиданно положил руку мне на плечо. И убрал тут же. – Не уходи. Я думаю, ты могла бы прокатиться с этой горки, лирин.

– Прокатиться? – изумилась я.

– Ну да, – на лице ильха расцвела задорная улыбка, и я вдруг подумала, что Рэм довольно молод. Как и Краст, кстати. Вряд ли они намного старше меня, просто фьорды заставляют мальчиков взрослеть рано. – Прокатиться!

– Но снега совсем мало, и льда нет…

Рэм улыбнулся шире и шагнув к склону, опустился на корточки. Положил ладони на землю, задумался. И я ахнула, увидев, как стелется белая поземка, а черная земля покрывается слоем льда.

– Это невероятно! – не выдержав, я захлопала в ладоши. – И не понимаю, как ты это сделал, но это… чудесно!

– Давай скорее, дева, скоро все растает! – хохотнул ильх, блестя глазами.

А я воззрилась на него изумленно.

– Ты серьезно? Хочешь, чтобы я прокатилась?

– Да. Может, тогда ты улыбнешься.

Я оглянулась, не зная, как поступить. Но возле дома ильха, кроме нас, не было ни одной живой души, а мне до безумия хотелось веселья. Воспоминания о доме разбередили и без того ноющую душу, мне хотелось хоть немного смеха!

– Ладно, – подобрала я плащ и села на край склона. Эх, санки бы мне! Но соорудить еще и их Рэм вряд ли способен!

Коротко охнув, я оттолкнулась и, как масло по сковороде, скатилась вниз! Ветер обжег щеки, сердце подскочило, на миг возвращая меня в безоблачное и веселое детство. Я расхохоталась и взвизгнула, когда сверху свалилось что-то большое и тяжелое, сбивая меня с ног.

– Йотунова задница, – сказал Рэм, барахтаясь в моих юбках. – Ты же говорила это весело? Я себе чуть кишки не отбил! Давай еще раз!

Я захихикала, встала на колени, отпихивая от себя ильха. Он проехался ладонями по скользкому склону, зацепился за мои ноги, грохнулся. И выругался так, что я покраснела и зажала себе рот, пытаясь не смеяться.

Вот только веселье растаяло, когда раздался злой до бешенства голос:

– Что тут происходит, задери вас шельг?

Кем ругнулся Краст, я не поняла, но осознала, что риар недоволен. Да что там, похоже, он снова хотел меня придушить. На всякий случай я отползла подальше от Рэма, который, как назло, запутался в складках и подниматься, кажется, не торопился.

– Рэм! – рявкнул Краст.

Я посмотрела снизу вверх и ойкнула. Выглядел риар устрашающе.

– Твоя нареченная показала забаву своего дома, – отозвался снежный.

– Так делают девы Конфедерации? – процедил Краст. – Позорят своего жениха, когда он отворачивается? И ложатся под его побратимов?

Осознание того, в чем меня обвиняют, заставило покраснеть сначала от стыда, а потом – от злости. Я вскочила, чуть снова не грохнувшись. Но устояла и сжала кулаки.