Подойдя к огромному шершавому стволу, над которым нависала синь величественного хвойного полога, обнял его и шумно выдохнул:

— Царица, матушка.

Дальнейшее помню смутно. Как будто нечто невероятно теплое и душевное обняло меня в ответ. И было оно именно женского рода. Как мама обнимает своего шалопая, вернувшегося слишком поздно домой. Ругает сыночка походя за грязь и непослушание, но все равно лучится теплом и добротой. Не помню, как смог отойти от древа и прийти в себя.

— Ты как?

Светозар смотрел на меня с затаенной надеждой.

— Она разрешила, она нас любит.

Напряженные лица егерей вмиг разгладились и начали раздаваться команды. Неожиданно меня как будто что-то кольнуло в сердце. Я закрыл глаза и начал анализировать картинку, которая осталась висеть перед моим взором. Там! На юго-востоке темнела синевой глухая чащоба. Неведомая опасность, если она и есть, то идет оттуда.

— Пересвет, и мне еще потребен Деян.

Светозар нахмурился. Но перечить не стал, тут же отдав короткий приказ. Егеря не привыкли рассуждать, так что вскоре мы втроем отошли метров на сто в ту сторону, откуда веяло морозным холодком. Только сейчас я заметил, что этот лес и в самом деле отдает прозрачной синевой. Хвоя, трава, прохладные тени. Странно, отчего я не увидел эту особенность в первый раз? Ах да, был тропический ливень, смазавший все цвета в серое полотно.

Мы остановились на небольшой прогалине, поросшей синеватой растительностью.

— Ты глянь, какие первоцветы! — обратил внимание на голубые цветочки наш пулеметчик. Вот уж не думал, что этот сумрачный усач окажется знатоком флоры. Пересвет перехватил удобней ружье и отмахнулся от летающей мошкары:

— В этих местах не бывает зимы. Благодать, но точно не для нас людей.

Я кинул взгляд на своего огневого друже и задумался. Каким образом можно обмануть физику этого мира? Ведь во время своего пути я несколько раз проходил через различные климатические зоны. Как такое, черт возьми, возможно?

— Будешь?

Деян протянул мне свою кожаную флягу. Она формой здорово смахивала на бубен.

— Спасибо.

Мы сегодня без обеда, на сухом пайке. По очереди грызем сладкую субстанцию, напоминающую грузинскую чурчхелу. Сытно, но после во рту вяжет. Я совершенно не замечал хода времени и лишь по уставшим ногам отметил, что прошло не меньше часа.

— Вроде заканчивают, — повернулся к древу Пересвет и вытер со лба пот. Стало душно в нашей теплой одежде. Егеря все это время тщательно собирали отвалившуюся от ствола толстенную кору Царицы древ, не забывая прихватывать по пути шишки и тонкие веточки. Затем аккуратно упаковывали все в деревянные ящики. Один за другим те уходили в чрево багажников.