На пути среди ремесленнических кварталов попался небольшой сквер, и я решил сделать там остановку, пройтись не спеша по окрестным лавкам, осмотреться. Может, что-то себе и прикуплю. Выбрал направление «наверх». Так в городе на самом деле проще ориентироваться. Вниз — к реке, вверх от реки. Сквер понемногу перешел в аллею с изящно расставленными деревьями и неожиданно привел меня на небольшую площадь, в центре которой стояли несколько культовых зданий. По чему я сразу определил, что они имеют отношение к религии? Да по тому, что в центре высился самый настоящий христианский храм с крестами на куполах. Такой кондово-исторической архитектуры. Какие на Руси строились в веках до тринадцатого. Строгий стиль и большие крашеные в разные цвета купола.
Внезапно меня потянуло туда. Почему? Я человек в целом нерелигиозный и, скажем так, по отношению к вере предков отчасти циничный. Хочется повидать кусок бывшего мира? Моего ли? Но ноги уже сами принесли к порогу храма, а правая рука потянулась к кепке. Даже не заметил, как сотворил крестное знамение. А руки-то помнят! Тогда точно придется зайти! Дверь открывалась легко, петли были заботливо смазаны. Меня встретил полумрак, и я поначалу остановился, чтобы глаза привыкли.
Внутри все было устроено в нарочитой простоте. Ни яркой позолоты, ни огромных картин во всю высь, ни заставленной иконами алтарной стены. Несколько блеклых еле просматриваемых фресок, обычный вход в алтарь и…никого. Я прошел вперед и в недоумении оглянулся. Ни горящих канделябров со свечами, ни мест, куда их ставить. И обычно в наших церквях всегда кто-то присутствует. Хоть какая-нибудь ветхая старушенка сидит и ждет, чтобы тебя отчитать за непослушание. Я уже двинулся назад, когда двери распахнулись, и в храм вошла закутанная в темную одежду женщина. Она молча перекрестилась и целенаправленно пошла к незамеченному мною доселе темно-коричневому ящику, что стоял перед алтарем. Почитаемая в этих местах икона?
Выждав пока женщина помолится и спокойно совершит обряд, подкатываю к ней уже на выходе:
— Прошу прощения, уважаемая, можно задать вам вопрос?
По бледному истонченному лицу женщины прошла волна зримого недовольства, но она сдержалась и ответила:
— В храме не принято заниматься мирскими делами.
— Я как раз хочу спросить вас о церкви.
— Вот как?
На меня уставились бесстрастные серые глаза, и в них проявилось некое подобие жизни. Лицо с тонкими чертами можно было бы назвать красивым, если бы ни общая бесстрастность. Обычно такие бывают у людей, перенесших не так давно тяжкие невзгоды. Многие из них потом находят свою дорогу к церкви. Куда еще податься бедолагам с надломленными душами? Обычно церкви всегда в поисках подобных. Такими легче управлять, и они чаще всего становятся самыми верными адептами. Гордыня плохо принимает веру.