Разбудили меня перед рассветом. Хороший был сон — крепкий, пусть и не самый продолжительный. Но обновленный неведомым силами организм воспринял недосып вполне мужественным образом. В былые годы мы в экспедициях сутками пахали, чтобы добиться результата, и даже не замечали усталости. Дело привычки. Так что нефиг стонать, вперед в кусты и к костру. И не забываем про оружие! Закидываю на плечо «Моссберг», поправляю револьвер на поясе и хватаю ведро. Мы готовим на всех завтрак. Тьма на небе понемногу разбавляется робкими светлыми оттенками. На круче стоит Пабло, контролируя подходы к воде. Он замечает:
— Парни глаголят, что ночью какая-то дрянь по реке шастала. Так что сторожко.
«Успокоил, называется!»
Со страхом поглядываю на темную воду, каждую секунду ожидая нападения неведомого чародейного монстра, но делать нечего. В резиновых сапогах лишь я один. Вставил в них войлочный чулок и носил еще вечером. Но все обошлось. Скорее всего, треклятый испанец меня на вшивость проверял. Или успокоило наличие в кармане серебряного креста, который нашелся на дне корзинки, что подарила Наина. Неспроста ведь она это сделала?
Дров ночью часовые наготовили достаточно, так что мое дело поставить котелки на огонь. Пересвет обошел стоянку дозором и сейчас расположился на бревне. Порождения ночи никогда не нападают утром. А людей отсюда отпугивает близость логова оборотней. Так что мы немного расслаблены. Ну, разве что немного. Все равно уши работают как локаторы, то и дело поворачиваешься на каждый шорох. Между делом успеваю сварить кофе. Густой аромат привлекает Пабло, он живо подставляет свою кружку. Пересвет кривит нос и наливает себе из чайника какой-то травяной взвар. Я делаю первый глоток, блаженно замирая:
— У вас не любят кафу?
— Не обращай внимания на эту деревенщину! — машет рукой смеющийся Пабло, затем роняет: — Хорошая кафа. Из твоего мира?
— Да. К сожалению, зерен осталось не так много.
— Я знаю похожий сорт, постараюсь тебе найти поставщика. Но придется подождать до весны.
— Буду премного благодарен.
Ну, хоть одна проблема оказалась решена. Не останусь без моего любимого напитка. Да и Улада к нему неравнодушна.
Кашеварить взялся в этот раз я. В кипяток сыплю соль, кидаю четыре кружки распаренной крупы, затем жарю отдельно на сковородке лук, дикий чеснок и добавляю своих проверенных специй. Напарники вдыхают незнакомые ароматы и глотают слюнки. Я же, продолжая кулинарную волшбу, решаюсь задать вопрос Пабло:
— Все не пойму, с каких ты мест? У нас бы считался испанцем.
Помощник командира улыбается, показывая необыкновенно белые зубы: