— Что скажешь, Яр?

— Не чую волков.

— Варяг?

Я также отрицательно покачал головой.

— Нет страха.

— Тогда по повозкам, летим мимо, не останавливаясь. Всем быть внимательней!

У меня по спине морозом продрало, когда мы пронеслись мимо того самого фургончика. Он так и стоял себе спокойно на месте, даже ставни были закрыты. Наблюдавший за мной Пересвет тихо спросил:

— Чуешь что?

— Да нет, прошлым пахнуло.

— Ну, тебе точно здесь одному лучше не появляться. Волки злопамятны.

— Благодарствую те на добром слове.

Мою шутку оценили, на напрягшихся лицах егерей заиграла улыбка.

— Ниччё, уже проскочили. Да против десяти стволов даже этим бродягам никак не выдюжить, — внезапно Пабло насторожился. — Так, други мои! Заряжаем серебро.

Все защелкали затворами. Пересвет с любопытством наблюдал, как я неспешно выщелкиваю из ружья толстые пластиковые патроны и заменяю первые два латунными с серебряными пулями. Он поднял патрон с картечью и поинтересовался:

— Крупная дробь?

— Да.

— Умно!

Мы проскочили перелесок и неожиданно свернула направо. Я еще не успел ничего промолвить, как наша маленькая колонна выехала на песчаный берег речушки, через которую проходил мост. Похоже, что берег был специально выбран местом для нашего ночлега. Выйдя наружу, я оценил решение командира. Замысловатый изгиб реки в этом месте прикрывал нас почти с трех сторон. Егеря дружно разделились на команды, меня же с Пересветом и Пабло поставили в первый дозор. Нести его все, кроме командир, обязаны были про очереди всю ночь.

Егеря немедленно приступили к разбитию лагеря. Кто-то занялся костром и готовкой, три человека ставили шатер, остальные куда-то ушли, но быстро вернулись, волоча по земле срубленные сухостойные ели. Из них споро и умело соорудили импровизированную заграду. Сейчас к нашему лагерю просто так было не прорваться — тут же наткнешься на острые сучья с заговором.

Нас с Пересветом сменили на ужин, состоящий из кулеша с мясом, а затем еще два часа мы торчали каждый на своем месте, пока команда устраивалась на отдых. Я захватил с собой термос и выпил остатки кофе, потом старался хоть что-то высмотреть в кромешной темноте. Мне дали относительно простой пост рядом с автомобилями; защищенный ими, я сжимал ружье и боялся. Сам даже не знаю, чего и кого. Пабло крутился между костром и валежником, подрубая между делом дров. Пересвет контролировал выход к воде.

Как ни странно, но после гнилых болот воздух стал заметно теплее, даже трава еще не пожелтела. Я поглядывал на затянутое облаками небо и размышлял. О былом, о настоящем и будущем. Как меня угораздило попасть в такую мрачную фантазию?