Из клуба они ехали молча.
Арс смотрел на дорогу, крепко сжимая руль. От него исходила такая ярость, что Аля несколько раз хотела заговорить — и каждый раз передумывала. Музыка всё ещё звенела в ушах, на губах оставался вкус коктейля, а в груди тревожно билось сердце.
Когда они вошли в квартиру, Арс захлопнул дверь и резко повернулся к ней. Аля упёрлась спиной в стену. Он поставил ладонь рядом с её плечом, не давая пройти, но не прикасался. В его взгляде смешались злость и что-то ещё — напряжённое, почти болезненное.
— Убери руку, — тихо сказала она.
Арс тут же отступил на полшага. Ярость в его лице не исчезла, но он больше не загораживал ей дорогу.
Аля могла пройти мимо. Но вместо этого осталась на месте.
Арс отстранился первым. Он тяжело дышал, взгляд оставался тёмным.
— Ты злишься на меня? — спросила Аля.
— Когда я увидел, как он тебя прижимает… — он запнулся, будто сам не хотел произносить это вслух. — У меня в голове будто что-то щёлкнуло. Я не думал. Просто… не мог позволить ему тебя трогать.
— Почему ты смотришь на меня так, будто собираешься сломать стену?
— Потому что весь вечер хотел увести тебя оттуда. И не имел права.
— А теперь имеешь?
— Нет, — сказал он. — Теперь я просто спрашиваю, чего хочешь ты.
Аля посмотрела на него: на напряжённую челюсть, на руку, которую он держал при себе, хотя ему явно хотелось коснуться её снова.
— Поцелуй меня, — тихо сказала она.
Он не стал переспрашивать. Притянул её к себе и поцеловал — глубоко, жадно, но всякий раз чуть замедлялся, чтобы дать ей возможность отстраниться. Аля не отстранялась. Она обняла его за шею и ответила так горячо, что его сдержанность наконец дала трещину.
Поцелуй вышел совсем не таким, как те короткие сообщения, что он присылал раньше. Он был жадным, глубоким, полным всего, что они оба так старательно не произносили вслух. Аля обняла его за шею, чувствуя под ладонями напряжённые мышцы. Он целовал её так, словно всё ещё сердился, но больше не пытался скрывать, как сильно она его волнует.
Когда его руки легли ей на талию, Аля тихо выдохнула. Он тут же замер.
— Всё хорошо?
— Да. Наверное… не знаю.
— Если передумаешь — скажи.
— Скажу.
Он снова поцеловал её — теперь медленнее. Его ладонь скользнула по её спине и остановилась у застёжки платья. Арс не торопился и не снимал его, пока Аля сама не кивнула. От этой осторожности в ней разгоралось желание, но вместе с ним росло и волнение.
Он просто был рядом, поддерживал её, пока она сама не решилась сократить последние сантиметры, разделявшие их. Его руки уверенно сжали её бёдра, притягивая ближе, и Аля почувствовала, как по телу разливается тяжёлое, густое тепло.